Суженая для Тёмного. Попаданка из пророчества

И не только предметы. Моё почтение, уважаемый дух.

Маг как-то незаметно оказался на ногах и лёгким шагом направился к потайному выходу.

Я глупо таращилась ему в спину, но когда отворилась дверь, побежала следом.

– Подождите! Простите! – Покаялась обернувшемуся магу, – ну, пожалуйста. Спасибо огромное! Вот только… почему вы решили помочь?

– Разве для того, чтобы помогать нуждающимся в помощи, требуется особая причина?

Я не нашлась что ответить. Но благородный спаситель нуждающихся в помощи девиц и не собирался дожидаться ответа.

Он вышел и закрыл за собой дверь, а мы с непрерывно жующим Сягуром уставились друг на друга.

– Да, Риска, – прошамкал зверёк набитым ртом, забавно сократив моё новое имя, – по-моему, этот маг с непробиваемым магическим контуром влюбился в тебя. Теперь держись.

[1]

Хаар-ши – обращение к благородной леди

Глава 7

Слишком мягкая постель не давала ни единого шанса уснуть.

Я укладывалась и так и этак, вздыхала и снова переворачивалась на другой бок – всё без толку.

В голове всё звенела и звенела фраза, сказанная магом: «Мне будет приятно, если вы оставите кулон у себя». Представлялась какая-то феерическая девчачья чушь, будто этот маг и есть Тёмный принц, а я, вся такая распрекрасная – его настоящая суженая. Глупые надежды подогревало нелепое предположение Сягура, что наш спаситель влюбился в меня.

Накушавшийся от пузика кахтул, который весьма музыкально посапывал в ногах, в конце концов, проснулся и сердито проворчал:

­– Риска, сколько можно вертеться-то? Дыру на тот свет прошкрябаешь.

Он колобком свалился с кровати, прошествовал к шкафу, в который мы спрятали корзинку, утащенную из кухни, достал плетёную булочку и жестом профессионального баскетболиста закинул в рот. В ярком свете полной луны активно жующий толстенький зверёк смотрелся одновременно и жутко, и комично.

– Я не шучу, – он ещё и говорить умудряется! – поверье такое есть. Кто за полночь не спит да ворочается подобно вихрюку болотному, того смерть близё-ёхонько дожидается.

Поняла?

Напугав этим нехитрым способом, пушистый сказитель ужастиков закинул сверху на булочку витой рогалик, с некоторым трудом влез на кровать и мгновенно заснул, свернувшись калачиком.

А я проворочалась ещё не меньше часа, чувствуя себя то вихрюком болотным, то веретеном обыкновенным. В результате плюнула, расстелила на полу покрывало, улеглась и раскинула руки и ноги на манер морской звезды. Ка-айф…

«Мне будет приятно, если вы оставите кулон у себя, Айрис».