Суженая для Тёмного. Попаданка из пророчества

А когда поняла — испугалась ещё сильнее.

— Вы его видите? — севшим голосом спросила, стараясь не поддаваться панике.

— А разве не должен, лотта... Как твоё имя?

— Айрис. Айрис Шамье.

Мужчина подошёл к ошарашенному кахтулу и на мгновение замер.

— Вот оно что, теперь понимаю. Плетение, которое делало его невидимым, исчерпало ресурс. Сила закончилась. Если хочешь, чтобы твой не в меру прожорливый зверь и дальше оставался невидимым, вовремя напитывай заклинание силой.

— Спасибо, — прошептала я, пока не зная, как реагировать на эту, очень своевременную подсказку, — и вы не выдадите нас?

— А должен? — маг едва заметно приподнял чёрные брови.

Я обречённо усмехнулась.

— Не должны, но... можете.

— Как ты очутилась во дворце, Айрис Шамье? — спросил мужчина, не удосужившись ни подтвердить, ни опровергнуть мои страхи.

— Посланник отправил. Приехал искать суженую для Тёмного принца, и во время проверки его камень засверкал.

— Любопытно. Помнится, моя проверка не выявила в тебе даже капли магии.

Он достал знакомое украшение. Казалось, что бесцветные камни спят глубоким сном, но едва коснувшись моей кожи, они радостно вспыхнули и засверкали необычайно красивым, насыщенным лиловым светом. Шею окутало приятное тепло, а в районе солнечного сплетения появилось удивительное ощущение, будто всё встало на свои места. Что «всё» и на какие «свои» места – не знаю. Но точно встало.

— Любопытно, — повторил маг, задумчиво рассматривая зверька, — Дух-помощник.

Он не спрашивал, он утверждал.

Кахтул, который только-только начал отчаянно жевать, поочерёдно откусывая то от булки, то от копчёной ноги — бедный голодайка пытался наесться впрок, — вновь застыл с набитыми щеками. Этакий памятник налопавшемуся хомяку. И смех и грех.

— Удивительно, — меж тем продолжил мужчина, — они ещё существуют.

— Да, нас осталось всего трое, но ты ему не говори! Не его ума дело, — едва ворочая языком пробухтел Сягур, изображая обиженное неизвестно чем достоинство.

Маг взял из фруктовой корзины крупное румяное яблоко и протянул зверьку. Тот с опаской отступил.

— Угощайтесь. Не повезло вам, уважаемый. Кахтул – неподходящее животное для благородного духа.

Не знаю, кто из нас больше удивился столь учтивому обращению — я или мой маленький помощник, который сделал шаг вперёд, молниеносным движением сцапал угощение и отскочил подальше от дарителя.