Отбору - быть!

Зато Клеарн пробудил во мне магию, у меня есть учебники, в которых можно почерпнуть сведения об этом мире, я не скучаю в одиночестве, и я целовалась с очень привлекательным драконом. Хотя нет, последнее лучше вычеркнуть из списка плюсов. Я целовалась с надменным гадом, который сделал мне большую пакость, – вот так будет правильно.

Я зарылась головой в подушку, глаза слипались, и перед ними уже крутились эргер, в котором птица-секретарь почему-то долбила ректора клювом по макушке, и Клеарн, насмешливо смотревший на меня своими пронзительно-синими глазами.

– Новенькая девушка, цветочек, – прокурлыкал рядом с ухом противный голос.

Я резко открыла глаза и чуть не заорала. Надо мной склонился бородатый старик – светящийся, бледно-зелёного цвета, с костлявыми руками, с туго обтянутым кожей лицом. Костлявые пальцы начали сжиматься вокруг моей шеи. Разбираться, кто это такой, времени не было, и так понятно, что ничего хорошего от гостя можно не ждать.

– Ты не можешь! – завопил он с обидой в голосе. – На меня не действует магия!

– Против лома нет приёма, – пробормотала я, жалея, что у меня нет ничего похожего на этот самый лом.

Чем бы ещё как следует шарахнуть зелёного человечка? Я вскочила, оглядываясь по сторонам. Старик грозно взвыл и в одно мгновение вырос до потолка. Надо мной, растопырив руки, нависла светящаяся тень. Я нервно хихикнула: дед напоминал кукольных чудовищ из комнат страха.

– Ууу, – повторил старик, грозя мне пальцем.

На глаза попалась длинная палка, зачем-то стоявшая в углу у кровати. Я мгновенно схватила её и угрожающе приподняла.

– Только дотронься до меня, я тебе покажу «ууу», – пообещала я.

В голове промелькнуло воспоминание. На входе в одну приморскую комнату страха висела табличка: «Актёров не бить!».

– Не ведьма, а недоразумение какое-то, – мерзким голосом крякнул старик.

– Сам ты недоразумение! – рявкнула я. – Тоже ещё, маньяк-душитель нашёлся!

– Я – не маньяк, – старик гордо задрал нос. – Я – полтергейст.

– И что, ты всех гостей так весело встречаешь? – поинтересовалась я. – Хозяев тоже душишь по ночам?

– Их придушишь! – полтергейст надулся. – Бороду мне палили, водой холодной окатывали, выжить меня пытались. Меня – выжить! – он вдруг радостно захохотал.