Мой палач

Мысли унесли меня в далекое прошлое, в те дни, когда еще можно было спокойно ходить по улицам этого города, носить длинные платья из превосходного материала, уделять много времени учебе и изредка переодеваться в мужскую одежду, чтобы тайком понаблюдать за судебным процессом.

Жизнь тогда казалась наполненной солнцем и радостью. Девятилетняя сестренка частенько приносила из сада разные предметы, от обычных лепестков роз до неожиданно найденной брошки, и с огнем в глазах рассказывала о том, что именно они являются ее миаменами, что она уже ощутила присутствие невидимого двойника, но просто еще не научилась им управлять.

А я знала, что Миара каждый раз лгала, и изредка ей подыгрывала.

В шестнадцать лет мне все казалось беззаботным. Хоть и приходилось соблюдать определенные правила, вести себя подобающе высокому статусу семьи, те дни ничто не омрачало. Помнится, в судебный отдел тогда еще пришел новый человек, который очень понравился отцу. Он называл его презентабельным, успешным и достойным руки его старшей дочурки.

Папа гордился знакомством с ним и даже собирался поженить нас, спланировав крепкий и довольно выгодный союз.

Я в те моменты лишь посмеивалась над его словами и отмахивалась, не воспринимая это за чистую монету. Брак меня не прельщал.

Да и не было никакого смысла в нем, ведь наступил тот роковой день. Я в очередной раз пробралась в здание суда, просидела за любимой шторкой почти до самого конца процесса и в нужный момент выскользнула на улицу, чтобы остаться незамеченной.

На мне красовалась мужская одежда, волосы были заплетены в косу, а поверх них сидела серая кепочка.

Настроение поднялось до запредельных высот, ведь отец никоим образом не мог обнаружить мою очередную шалость, за что он обычно меня ругал и только изредка наказывал.

– Пирожки, свежие пирожки, – вывел меня тогда из раздумий голос девочки лет двенадцати.

Их запах почему-то привлек, во рту собралась слюна. Я почти никогда ничего себе не покупала сама, а еду – тем более.

И желание приобрести ароматную выпечку показалось мне странным и очень необычным. Не знаю, чем именно это было навеяно, но я подошла к ней и предложила пару золотых.

– Этого слишком много, – робко протянула девочка пирожок и взяла взамен только одну монету.

Я засунула остальные в карман и уже собралась уходить, как она схватила меня за локоть и выставила руку вперед.

– Сдача, – ее голос дрогнул.