Тролль в эльфийской академии

Деревья говорили с ней, птицы и звери – так вообще не затыкались, постоянно дудели в уши. То им еды, то им воды, то любовный гон начался – тогда хоть сама цепеней, чтоб от жалостливых самцов отделаться. Самки им то слишком серые, то слишком скромные. Видите ли, ухаживать за ними надо и, страшно сказать, с другими самцами биться.

– Жаль позорная магия у тебя, сестренка, – заявил Хрясь сквозь чавканье. – Если б ты могла гору зачаровать, чтоб она сама к тебе пошла. А ты только с цветочками балакаешь. Стыдно друзьям сказать.

Грыха обняла брата и горячо пообещала, что всему научится.

– Попроси там заклятье – гусениц приманивать. Тогда и польза от тебя будет.

Хрясь свернулся клубком и захрапел. Вот и попрощались.

Остальных братьев и сестёр Грыха будить не стала, не сильно она с ними ладила. В последний раз они ее на дерево забросили и хоровод вокруг водили, пока не проголодались. А как ушли брюхо набивать, так Грыха и слезла потихоньку, а вместо себя камень похожий наверх затащила.

Три дня и три ночи над тем камнем измывались, прозвища срамные выкрикивали, грязью кидались, дерево трясли.

А потом каменюка эта на голову свалилась Хрыну, самому зловредному из братьев. Да ладно бы просто по голове стукнула – Хрын бы и не заметил. Так ведь отколола ему правое ухо, красоту попортила. Такого тролли простить не могут, очень уж о своей внешности пекутся.

Красивый тролль большим должен быть, живот чтоб мешочком висел, ножки короткие, голова угловатая, глазки малюсенькие, уши оттопыренные. Обычные крестьяне слепли от такой неземной красоты и с визгами убегали при встрече с троллиным племенем.

А Грыха считалась уродиной и больше обликом на людей походила, только что уши у нее хороши были – длинные с меховыми кисточками на кончиках. А так худая, мелкая, ноги длинные, глаза как у испуганной белки. Хрын как-то пошутил, что мать окаменела, как увидела какую страшилу родила. Грыха тогда пыталась побить его, а он только подначивал и мерзко хихикал. Отец еле-еле их растащил.

Осталось последнее дело около могучего дуба в сердце леса.

Девушка залезла в свой тайник под корнями дерева и вытащила яркую книгу. Быстро пролистала ее, последний раз полюбовалась на иллюстрации и завернула в чистую тряпочку.

На опушке к западу от моста стоял ладный домик охотника. Грыха часто наблюдала из подлеска как играются две сестры-близняшки. Они были чудо, как хороши – белокурые, голубоглазые, с ямочками на щеках. И самое главное – сестры заботились друг о друге.