Палач, скрипачка и дракон

– Нас, во-первых, тут же выгонят из Вирту!

– Ну да, не без того…

– А после смерти – в преисподнюю?!

– Ей не обязательно, тебе – однозначно. Но если будешь хорошо служить, Диаскол может сделать тебя почти бессмертным. Станешь темным магом, легендой…

– Бред! – Рокко забегал по лаборатории. – Должен быть другой способ…

– Может, и есть, – покладисто согласилась Ванесса. – Только я не вижу. Если правда ее любишь – решайся.

Рокко остановился и воздел руки к стонущему и ревущему потолку:

– Мы с ней просто дружили! Ни о какой любви и речи не было! Если бы ты, дура, не вмешалась…

– Я, дура, только замуж за Гиацинто вышла, вот и все! – Ванесса, разозлившись, спрыгнула с кресла.

– А ты б спросил, он без меня собирался ли на ней жениться? Нет, не собирался! Весь этот план – его затея, со мной или без меня, а Энрику он бы подставил одинаково. Если хочешь знать, ее бы в любом случае извели, потому что так отец его хотел. Ясно? Все! Иди ты к Диасколу, ничего тебе больше не скажу! Тряпка!

Вихрем Ванесса взлетела по лестнице, и вскоре сверху донесся хлопок двери.

Рокко шлепнулся в освобожденное кресло. Кулаки сжались до боли.

– Фабиано! – прорычал он. – Да что ж ты за скотина-то такая? Нет, я до тебя доберусь… Доберусь!

***

Ежегодный конкурс скрипачей, проводящийся в местной филармонии, постоянно собирал множество народа. Люди из состоятельных домов считали прекрасным завершением года – прийти послушать хорошую музыку перед тем как сесть за праздничный стол. Скрипачи собирались – лучшие из лучших, а ценителей в Ластере хватало.

– Леонор мечтала выступить на конкурсе, – вздохнул Адам Ханн, спрыгнув с повозки. – Как она играла… Жаль только, не могла позволить себе хорошую скрипку. Я говорил, что пошел в стражу, чтобы заработать ей на скрипку?

– Сто раз, друг мой, сто раз, – похлопал его по плечу Нильс. – Мир лишился несравненной Леонор, но обрел несравненного бойца Комитета. Ты делаешь важное дело, Адам, и делаешь его лучше всех.

Адам грустно покачал головой и двинулся к дверям.

Вошли в ярко освещенный вестибюль. Лакей в ливрее сперва приветливо улыбнулся, шагнув навстречу, но тут же замер и нахмурился.

– Чем могу услужить, герры? – холодно спросил он.

– Скрипачка, – сказал Нильс, давя на лакея взглядом. – Где она? Черноволосая, наглая, со скрипкой Тристана Лилиенталя. Должна была прийти где-то час назад.

Лакей переглянулся с пожилым гардеробщиком, оба одновременно пожали плечами.

– Боюсь, ничем не смогу вам помочь, – сказал лакей.