Обряд

Вместо этого пристроившись возле Маккендзи, расслабленно глядящего в сторону всадницы, несущейся впереди, буркнул:

- Это жестоко, сэр Лейврн, вы не находите?

Барон прекрасно понял, что вампир хотел этим сказать. Но ведь они не на допросе, чтобы он, поджимая лапки говорил то, что хочется сэру Херефорду. Посылая своего коня на быстрый шаг, он чуть заносчиво улыбнулся, показывая вампиру, что здесь он в своем праве и пускать на личную территорию никого не собирается.

- Я не совсем понимаю, о чем именно вы сейчас говорите.

Темные глаза Шайенна полыхнули недовольством, но тон был предельно ровным:

- Госпожа Вольт не баронесса и даже не леди, и быстро привыкнет к вашим изысканным манерам. И очутившись в реальном мире, будет очень разочарована, что не все готовы ей кланяться и подавать ручку. Зачем вам это?

- А вы, стало быть, переживаете по этому поводу? – хохотнув, миролюбиво спросил Лейврн.

- Нам предстоит работать вместе некоторое время, - многозначительно произнес вампир, мягко отвергая все намеки барона, - и мне нужен здоровый климат внутри нашей маленькой команды.

- Все-таки переживаете, но не за нее, а за себя, - Лейврн снова понял все, что нужно было, - но не думайте, что госпожа Вольт так уж беззащитна. И можете быть уверены, у нее хватит ума не делать скоропалительных выводов из моего отношения к ней. Пока мы в походе, она всего лишь женщина, которую надо оберегать, а как только мы приступим непосредственно к работе, думаю, вы увидите двух злейших врагов.

Подобное признание Шайенн получить и не надеялся, поэтому удивленно вскинулся:

- Почему? Мне показалось, что натянутость между вами исчезла.

- Мы еще не приступили к делу, - напомнил сэр Маккендзи, - конечно насчет врагов я погорячился, но у нас с госпожой Вольт разные методы работы. Вот на этой почве у нас и будет происходить борьба.

- С интересом посмотрю на это, - хмыкнул вампир, успокоенный насчет того, чтоб барон ни коим образом не претендует на его alere.

Хотя его ли она? Может богиня ошиблась и все еще можно изменить?

Оставшийся вечер и часть ночи они мчались очень быстро, чувствуя упоение в скорости. И уже под рассвет их взмыленные кони буквально выползли к границе. Она существовала не только номинально, как в большинстве случаев и не проходила по естественной природной преграде типа леса или речушки.