Ангелы: Анабазис

Просто высказался негромко, как о чём-то несущественном и нейтральном и снова замолчал. Михаил услышал. Повернулся. Маугли отдыхал, привалившись спиной к спине с Катько. Габариты их настолько не совпадали, что Кирпичу, огромному, по сравнению с незаматеревшим ещё, но весьма внушительным пацаном-тэра, пришлось согнуться, чтобы дать возможность пленному привалить спину для отдыха. Оттого у «таёжника» сохранялся угрюмый вид.

- Что ты сказал?

Голос Медведева отзеркалил безразличные интонации пленного.

Маугли открыл глаза и, выпрямившись, взглянул на капитана.

- Я могу помочь ему, Пресветлый, – медленно, с остановками произнёс он. – Это моя рана. Я могу её остановить… Если пожелаете.

Последнее сопровождалось пожатием плеч, будто пленный не был уверен в том, что его помощь нужна. Медведев сощурился. Переглянулся с Полынцевым. Тот неохотно кивнул и добавил:

- Слышал о таком. Могут черти. Только вот нет гарантий в том, что он рану зашепчет на выздоровление, а не наоборот.

- Это точно. – Усмехнулся пленник и снова закрыл глаза, приваливаясь к спине Катько. – Нет гарантий.

Взгляд Зуброва – краткий, искромётный, однозначный – Михаил почувствовал спиной. Друг не отвлекался от наблюдения, но частью себя присутствовал в разговоре. И это присутствие, воплощённое в беглом взгляде, было для Медведева весомее философских трактатов.

- Помогай. – Кивнул он Маугли.

Пленник, встрепенулся, взглянул на капитана для подтверждения и добрался до лежащего Якоби.

Анатолий на его приближение не отреагировал – боль, потеря крови, усталость, да плюс лихорадка. Сложно ожидать от человека с таким ворохом бед обострённой бдительности. Он до последнего шёл на своих двоих, не давая повода группе задерживаться, но, вот, дошёл сюда и рухнул. Спать, спать, спать – зовёт что-то из-под грудины, тянет по вискам сквозняком усталости, холодит и жарит по суставам. Жестокая лихорадка.

Маугли простёр скованные ладони над повязкой. Закрыл глаза.

- Погодь… Сам-то как? – запоздало дёрнулся Медведев. 

Пленный пожал плечами и не отвёл рук от повязки.

- Смена.

Славян, Кирпич, Родимец и один из «раверсников» подхватились и выдвинулись из круга. Смена. Зубров по возвращении придвинулся ближе к Батону. Присел, внимательно вглядываясь в руки Маугли, трепещущие над раненным плечом. Заметив тяжёлый взгляд командира, махнул ему рукой – мол, всё нормально, расслабься. Медведева это не успокоило.