Сапфировая метка

Смех был нехороший, нервный, даже истерический, я бы сказала. Что странно, Стефан его тоже слышал, слишком уж выразительно застыло его лицо.

— Кто это?

— Сиди в каюте, хорошо? — он проигнорировал вопрос. — Мы тебе вечером все расскажем. Никуда не выходи, пока мы не дадим отмашку.

— Мне следует бояться? — глупый вопрос, Оксанка! С психам нужно быть осторожной!

— Надеюсь, что нет. Я уж думал, что он... Ладно, все потом. Иди, — он легонько подтолкнул меня в спину, когда я застыла в проходе. Дверь щелкнула, наверняка запертая снаружи.

Прекрасно! В чем бы ни была проблема с неизвестным человеком на корабле, я надеюсь, что для него эта преграда окажется достаточной. Не хочу раньше времени умереть. Но думаю, что все обойдется, разносящийся по кораблю, будто бы усиленный магией, смех начал переходить в рыдания. По себе знаю, что этим обычно заканчивают, когда силы уже на исходе. И вы, может, скажете мне, что это глупо, но мне почему-то стало жаль этого человека. Может быть, когда я узнаю его историю, я и перестану его жалеть, но сейчас у меня сердце начало кровью обливаться.

Там наверняка что-то нечисто, Стефан явно не просто так настолько изменился в лице. По недосказанной фразе можно было подумать, что он и Ричард давно уже похоронили человека, живущего там, внизу.

Истерика затягивалась и уже начинала пугать. Тем более, что хохот раздавался будто бы ближе, словно кто-то приближался к моей двери. Возня в замке и вовсе заставила схватить тяжелый подсвечник, словно я имела шансы с его помощью отбиться от пришедшего.

— Все хорошо? — он оглядел каюту и сам себе кивнул.

— Кто это был?

— Наш давний знакомый. А я все гадал, почему его нет среди духов корабля. Оказывается, еще жив.

— Как можно не знать, кто живет на твоем корабле? — я аккуратно вернула подсвечник на место, опасность вроде бы миновала, да и руки устали держать его на весу.

— Он тоже член команды, у них особые права. А Сигрейв всегда отличался особым талантом к пряткам, да... Пообещай мне, что не пойдешь на нижние ярусы. Он опасен, пусть и не специально.

— Мне показалось, что он не в себе.

Да какое «показалось», Оксана! У него же явные проблемы! И представить, на что он способен, сложно, ди Вель вон как по лицу получил, а я не думаю, что его легко достать.