Фамильяр и ночница

Рикхард долго не решался подойти, но все же сел рядом и обнял ее за плечи. И хотя она больше не могла доверять ему как прежде, измученная душа волей-неволей откликнулась на эту незатейливую ласку. Девушка зарылась в его рубашку, всхлипнула по-детски и он погладил ее по голове.

— Ты ее любишь? — тихо спросила она.

— Я уже говорил, что подобные слова у нас не в ходу, но что до Силви... Если для ее блага понадобится убить Буракова — я это сделаю. Если для ее же блага будет нужно, чтобы эта гнида жила, — оставлю ему жизнь.

— А я?

— А ты подарила мне очень много тепла, хоть я и знал тебя совсем недолго, — вздохнул Рикхард. — Прости, что отплатил такой болью. Но я надеюсь, что у тебя все еще будет хорошо и ты сама выберешь свой путь.

— О чем ты? — удивилась Дана.

— Тебе надо уезжать из Усвагорска, а там решай, как жить дальше. С такими способностями ты легко найдешь призвание, только не разменивайся на всякую дрянь.

— А как же здесь? — изумленно спросила Дана, отстранившись и посмотрев ему в лицо.

— Духи по-всякому станут защищать свою вотчину, — заверил Рикхард. — За судьбу людей пока ручаться не могу, но тебя точно надеюсь спасти. Поторопись, Дана: до исполнения пророчества осталось немного, да и Бураков не станет сидеть сложа руки. Усвагорск не так уж огромен, чтобы человек мог в нем раствориться.

— Ты вправду меня отпускаешь? — прошептала девушка.

— Это лучшее, чем я могу тебя отблагодарить, — сказал лесовик, и они невольно прильнули друг к другу, прижались щеками — у Даны она была совсем влажной от слез. Отпустив ее, Рикхард добавил:

— Надеюсь, что беда минует и тогда ты сможешь вспоминать обо мне хоть с толикой теплоты.

— Я все равно тебе благодарна, — заверила Дана. — Счастье и боль всегда бродят рядом, и здесь я испытала и то, и другое. А осталась бы в Дюнах — было бы уныние в артели, супружеская лямка, одиночество и ничего своего.

— Ты прекрасная девушка, Дана, — сказал Рикхард и коснулся губами ее лба. — Сейчас Ярослава поможет тебе собраться, а я поговорю с Вадимом. И главное, больше ничего не бойся.

Она кивнула и посмотрела ему вслед, пытаясь осмыслить заново все, что свалилось на нее за последние дни. Дане казалось, что она успела прожить целую жизнь, но теперь ее ждала неизвестность, в которой приходилось опираться лишь на себя.