Фамильяр и ночница

Он провел ее в комнату, убранную под кабинет, зажег лампу, усадил Дану в кресло и спросил:

— Выпьешь кофе или, может быть, наливки?

— Лучше чаю, — осторожно сказала девушка. Глеб Демьянович кивнул, скрылся за тонкой ширмой, испещренной восточными узорами, и вскоре появился с подносом — на нем красовались стакан чая, сахарница, блюдце с лимоном и кофейная кружка. Он сел напротив Даны и взглянул на нее так невозмутимо, даже благодушно, что прежние видения на миг показались ей бредом.

— Дана, я бы хотел, чтобы между нами с самого начала не было недосказанности, — четко произнес Бураков.

— Поэтому ответь: где ты была раньше и как все узнала? И не надо увиливать: для этого у тебя еще мало силенок и опыта.

— Я была с Рикхардом, лесовиком. Это он привез меня в Усвагорск, под видом вашего посланца, — сказала Дана и решительно посмотрела ему в глаза. Колдун поморщился, будто от зубной боли, и отвел взгляд.

— Опять этот проклятый оборотень, чтоб его черти унесли! Уж сколько я терпел, что он спит с моей женой, но ему и этого мало — стал лезть в мои дела! И что он тебе наплел?

— Что некое пророчество гласит, будто Усвагорску угрожает опасность, — осторожно пояснила Дана.

— И что это как-то связано с вашими опытами над ульникой: они нарушили равновесие и теперь природа на грани хаоса...

Бураков усмехнулся и бесстрастно сказал:

— И у тебя есть основания ему верить? Зная этого нелюдя, готов поспорить, что ты уже не раз ловила его на обмане! Ему это легко дается, как дышать, и впрочем, моя Силви такая же двуличная тварь.

Оборотни, что с них взять! Они сами порой путаются в своих ипостасях, и одна не ведает, что творит другая...

— Да, Рикко многое скрывал, но сам же и признавался мне, когда понимал, что я готова принять эту правду, — возразила Дана с неожиданной твердостью, решив, что ее женские обиды мало значат в свете грядущей беды.

— Ты его любишь? — вдруг спросил Бураков. Девушка растерялась, чуть зарделась, но собралась с силами и ответила:

— Наверное, да, и потому я здесь.

Ну и еще потому, что не могу остаться в стороне, когда люди в опасности.

— Вот что, значит? — произнес колдун тихо и зловеще. — А как по-твоему, он тебя любит?

— Нет, Глеб Демьянович, он любит Силви, — вздохнула Дана. — Но какое отношение это имеет к нашему разговору? Вы хотели обучать меня, передать знания, и вот я перед вами! Мне очень нужна ваша помощь и наставление, чтобы уберечь город, которым вы же и управляете.