Султан её сердца

Хилх отпустил принцессу и уважительно поклонился:

— Прошу простить мою дерзость, госпожа. Я опасался, что явится тот, кого ожидает Сторх и нам не удастся поговорить.

Он хочет поговорить — это неплохая новость. Эльчиана потёрла запястье и спросила:

— Вам не было больно?

Мужчина вполне добродушно улыбнулся:

— Терпимо. Видите ли, госпожа, я обладаю врождённой способностью гасить магию. Ваше заклятие действует на меня едва-едва.

Это была не слишком хорошая новость. Девушка печально улыбнулась и, так и не сказав, что хозяин ждёт её, поэтому опасаться некого, огляделась.

В этой части коридора дверей не было, лишь в глубине виднелась ярко освещённая арка, по всей вероятности, выход. Безумно хотелось рвануть туда, но принцесса прекрасно помнила, что свободные женщины здесь долго не бегают. Нужно договариваться с «камзолом».

— Послушайте, господин Хилх, вы должны мне помочь выбраться из этого борделя. Я дочь короля Ландии, это другой, значительно более развитый мир. Мой брат — величайший маг. Он построил магическую академию в центре миров, именно оттуда я и попала в Эфриор.

Мне нужно вернуться к порталу.

— Понимаю, — почтительно склонился Хилх. — С первым я помогу легко. Что касается второго, нужно думать.

— Хорошо. Давайте начнём с первого! — Эльчиане не терпелось как можно скорее покинуть этот чересчур гостеприимный дом.

«Камзол» выхватил из кармана витой шнурок и растянул его в руках перед принцессой:

— Вы позволите?

— Что? — возмущённо спросила она.

— Исключительно ради безопасности.

Путы нужны для того, чтобы никто другой не посмел претендовать на вас.

Ещё одна скверная новость. Эльчиана недовольно посопела и протянула мужчине руки. Он бережно сделал петлю на одном запястье, другим концом шнура обмотал второе:

— Вы в любое время вольны освободиться. Это несложно. Прошу лишь учесть, что тогда я не смогу вас защитить.

Девушка, прикусив губу, кивнула. Хилх с довольным видом потёр руки, развернулся на каблуках и вальяжной походкой направился к выходу.

Как-то иначе принцесса представляла себе похищение рабыни.

«Камзолу» следовало вооружиться, если не саблей, хотя бы кинжалом! Нет, он шествовал с абсолютно спокойным выражением лица. Чуть не посвистывал.

У дверей стояли два могучих охранника — из тех, что поколотили Хилха на рынке. Один шагнул вперёд, преграждая путь беглецам:

— Почему вы уводите Принцессу, господин?

— Я купил эту рабыню, — не моргнув глазом, соврал хитрец. Кивком головы он указал на связанные шнуром руки Эльчианы.