Ведьма и лис: вылет из гнезда

Она даже не сразу подумала, что это ее лис, ведь он вполне спокойно заходил через камин, который ведьма специально не зажигала после Самайна.

Когда Мелисса открыла дверь, она ахнула. Перед ней стоял грязный лис, левый бок и морду которого украшала запекшаяся кровь. В зубах он держал сумку.

— Заходи скорее! Где тебя носило?! Кто тебя покалечил, а?! Я так с ума сойду!

Лис был безучастен к ее возмущениям. Он положил сумку с вещами Марты на кресло и, даже не оглядываясь на негодующую юную ведьму, отправился в комнату Мелиссы.

Мелисса развела руками и стала искать болеутоляющее зелье и специальную мазь для необработанных ран. Ведьма знала, что лиса стоило бы отмыть как следует, но решила, что для начала хватит и того, что она сделает, пока он спит.

Ведьма принесла в комнату таз с теплой водой со специальными травами, мазь и зелье. Мелисса приоткрыла штору и, взяв чистую тряпочку, стала вытирать морду и правый бок лиса.

Благодаря травяному сбору, запекшаяся кровь быстро отлипла от шерсти. Ведьма помазала бок лиса мазью и, осторожно приоткрыв его пасть, влила в нее зелье. Лис поморщился во сне.

Мелисса вынесла из комнаты все лекарства и оставила дверь открытой, чтобы поглядывать на лиса из кухни. Она, шепча заклинания, вылила грязную воду из таза. Жидкость засветилась серо-белыми точками и впиталась в землю. Затем Мелисса вымыла таз и налила в него очищающее зелье, распределив его по стенкам.

Как только ведьма поставила тарелку каши на стол, в дверь постучали.

— Да кто там еще?! — зашипела голодная и злая Мелисса.

Она раздраженно открыла дверь. На пороге обнаружился Лейф, на щеке которого еще не сошел отпечаток подушки.

— Я не к тебе, я к твоей животине. Он ведь вернулся?

— Заходи, только дай мне поесть.

— С такими речами что угодно, — начал просыпаться колдун и ехидно улыбнулся.

Ведьма закатила глаза, но ничего не сказала. Она знала, что если что-то ответит, то поесть ей точно не удастся.

Лейф вошел в спальню Мелиссы и осмотрел лиса. Колдун покачал головой и снял амулет со спящего животного. Его бесила такая жертвенная преданность лиса ведьме, но в то же время и восхищала.