Да будет свет?

Едва Ирвинд вошёл в зал, обе вскочили и бросились к нему.

– Наконец-то! – повисла на нём Ирлиитта.

– Ирвинд! – Алеасента тоже пыталась пристроиться, отталкивая более проворную наперсницу.

Пришлось буквально стряхнуть надоедливых дамочек, которые сползли на пол да там и остались. Параллельно Ирвинд отметил, с какой ненавистью глянули на него мужчины, особенно отличились Алвар и Майвал. Ирвинд отзеркалил их злость, добавив немного перчинки в виде старой доброй физической боли. И удовлетворённо усмехнулся, когда обоих нещадно перекосило.

– На будущее советую держать эмоции при себе. Поднимите их и посадите на диван, – распорядился Ирвинд, и как только Алвар и Майвал беспрекословно выполнили приказ, сообщил, – Энри погиб.

– Это в каком смысле – погиб? – в красивых глазах Ульвиры заплескался страх.

– В прямом. Рассыпался в прах, превратился в дым. Место главы Совета освободилось.

– Но это же невозможно! – воскликнула Джистина и еле слышно добавила, – разве что это сделала сама Тьма...

– А я чего-то подобного и ожидал, – вдруг заметил Бэн, – Уверен, что Венрирр готовил нам чудовищную каверзу.

– Вряд ли у Энри хватило бы силы, чтобы открыть прорывы в Бездну, – с сомнением заметил Азом.

– Он мог получить силу извне, – ответил Ирвинд, – Бэн, а почему ты не поделился своими догадками с остальными?

– Потому что у них есть собственные головы на плечах, – проворчал Бэн, отводя глаза.

– Ирвинд, скажи честно, это ты убил Энри? – сверкнув белозубой улыбкой, поинтересовался Лоттак Серран.

– Жаль тебя разочаровывать, – Ирвинд не стал возвращать улыбку. Однако, ему импонировало поведение Серрана, который опасался его, как и другие кхарэны, и всё же задавал неудобные вопросы.

– Не то, чтобы я был разочарован, – скривился Лоттак, – Однако, Энри ушёл отсюда живым, а теперь ты сообщаешь о его смерти.

Лоттак задал вопрос нарочито отрешённым тоном, но на самом деле очень нервничал. Остальные, затаив дыхание, смотрели на Ирвинда.

Страх. Липкий страх сочился со всех сторон. Они не знают, чего от него ждать, и потому боятся.

– Как оказалось, можно, – спокойно ответил Ирвинд, – Он умер при мне.

– Значит, окончательная смерть для кхарэна – не миф, – тоном, близким к истерике, сказала Ульвира.