Сердце Ведьмы

Повисла гнетущая тишина, никто не решался начать разговор, все сидели в старом распорядке.

— А вот и чай!

Восторженное настроение Хай Лин большинство людей не разделяли. Китаянка ловкими движениями поставила кружки без ручек напротив каждого гостя, правда Калебу ее пришлось правильно вкладывать в руки, ибо этот человек не понимал как с такой посудины правильно пить. Он мог попросту уронить и разбить ее.

Вилл, подперев щеку кулаком, тяжко думала. Ей не хотелось показывать свою слабую сторону как начальника, но чтобы не опозориться на полигоне, лучше прояснить все недомолвки сейчас.

— Ирма, твое заклинание не работает.

Слова произнесенные рыжеволосые были совершенно бесчувственны и обезличены. Вандом не бросала ни на кого взгляд, она спокойно смотрела на парящий напиток, прежде чем его взять в руки. Ирма вздрогнула, широко раскрыв глаза, она с удивлением смотрела на бесстрастную фигуру Хранительницы.

— Как это!? Не может быть!

Вандом невзначай пожала плечами, невербально говоря, что и сама ничего не понимает.

— Добрый день, девочки, рада вас видеть в полном составе.

Добродушный голос Ян Лин успокаивал стражниц, как голос старшего товарища и их предшественника. Вилл сузила глаза, смотря на безмятежный вид прошлой стражницы воздуха.

— Я тут невзначай подслушала. Вилл, ты не можешь использовать силу сердца Кондрака?

На этих словах некоторые нервозно заерзали, например, такими были Тарани и Ирма, а вот персона по типу Корнелии горделиво приподняла подбородок, бросая многозначительный взгляд в сторону предводителя.

— Так может она и не Хранительница?

Вандом услышав революционные ноты в голосе Хейл сразу же среагировала на подобное обращение.

— Если бы ею не была, то Фобос не пришел за мной и мне не пришлось знакомиться с флорой и фауной Меридиана, а также я бы никогда не связалась с малолетними идиотками, с недобитым мятежником и не-законной принцессой.

Голос Вилл был однозначно раздраженным и источал всю злобу, что накопилась за эти дни. Остальные стражницы знали гадкий характер Хейл и понимали, что той всегда нужно было быть первой во всем и вся. Корнелия любила внимание, любила раболепные взгляды по отношению к себе и не терпела чьи-то лидирующие позиции.