Руны законов Сварога

— А что Вышебор отвечает на твои аргументы? — осторожно поинтересовалась я.

— Да всё то же самое, — огрызнулся раздражающийся ещё больше Коцел. — Он только одно и твердит: «Нельзя так поступать с водяными и русалками – озлобятся и начнут пакостить, а мы тут живём с рыбной ловли!»

Кочебор с раздражением сплюнул.

— Тьфу! Дуралей самоуверенный! Ничего слышать не желает!

— А ты не пробовал убедить его с помощью Азиты? — тихо поинтересовалась я.

— Чего?! — Коцел тут же ошарашенно уставился на меня. — Через эту чужестранную смугляшку?! Ещё чего! Я её видеть не желаю!

— Боги, Коцел, — вздохнула я.

— Ты ненавидишь Азиту только за то, что у неё оттенок кожи примерно такой же, как загар у моряков из южных портов Полянского княжества? Полно тебе. Азита вон язык наш выучила, книги детям читает, и сама к тебе подход пытается найти, потому что для неё важно благословение отца её мужа… А ты костеришь тут эту девушку, почём зря, только за то, что она родом из Брахнадора.

Коцел ничего не ответил, только задышал тяжело и гневно, а затем сдвинул густые брови на переносице и почесал бороду.

Я рискнула встать и подойти к стареющему десятнику.

— Попробуй поговорить с ней и объясни, почему ей сейчас нужно повлиять на мужа.

— С каких пор у нас мужики стали баб слушать? Особливо в ратном деле?! — со скептическим недовольством спросил Кочебор.

— Примерно с тех пор, как ты начал советоваться с Солохой, женой своей, о том, кого тебе в десятке за место себя оставлять, когда отлучаешься, и какой подарок сотнику вашему на именины купить, а ещё, когда ты у Солохи совета спрашивал, стоит ли тебе просить повышения жалования за выслугу лет.

Коцел фыркнул и покачал головой.

— Ох любите же вы посплетничать, бабы. Одна треплет без умолку, а вторая запоминает, что не надобно, а потом ещё додумывает, что не услышала.

— А что не верно сказывает Солоха? — я по-доброму улыбнулась. — Да и не один ты такой, Коцел. Любодар наш, поместник, у своей супруги тоже совета просит, когда выбирает подарки для…

Я задумалась, что сказать, чтобы не выдавать внебрачные похождения нашего посадника.

— Для дочерей своих старших дружинников аль для племяшек и крестниц.

— Для племяшек и крестниц, как же, — понимающе хмыкнул Коцел и кивнул. — Ладно, хрен с тобой. Попытка не пытка. Попробую через Азиту зайти. Вдруг и правда этот олух к её словам прислушается. Он в ней, вроде как, души не чает.

Я сдержала довольную улыбку, которая так и просилась на уста.