Руны законов Сварога

Кто, его видел, говорит дескать жалко смотреть теперь на великого воителя.

Печально, что воина, который десятками сворачивал шеи змиям и другим чудищам, погубила брага, пиво и водка... Зря он начал мешать напитки, я наших мужиков из острога всегда просила не смешивать одно с другим. Но нет! Поди объясни, что от такого любому, рано или поздно, худо станет!

Вскоре, пройдя мимо еловой рощи, я сперва почувствовала тёмную агрессивную магию – это походило на глоток горького и очень солёного кипятка. Я аж скривилась, а затем, прокравшись по снегу немного подальше, увидела темнеющую внутри заваленного сугробами пригорка дыру.

То, что эта нужная мне нора волкодлака говорили сразу три вещи – характерные следы на снегу, тёмные пятна засохшей крови и россыпь обрывков высушенных листиков. Подобравшись поближе, стараясь не обращать внимание на гадкий вкус чёрной магии и жжение, которое уже распространялось по всему телу, я вдохнула вечерний морозный воздух. Помимо запаха снега, хвои и влажной древесной коры, я ощутила явственный аромат горькой горечавки. В народе такое растение обычно называют стародубка, а волхвы кличут тирлич-травой.

Даже малым детям известно, что она необходима для поддержания силы волкодлаков. Правда, мало, кто знает, что волкодлаки вовсе не невинные жертвы тёмной магии. О, нет! Это люди, с предрасположенностью к магии, что сознательно провели тёмный обряд обращения.

И если родные и друзья вовремя не заметили изменение в поведении новоиспечённого оборотня, пока тот ещё не обрёл полную силу и способность оборачиваться чудовищем, вскоре непременно прольётся кровь… Много крови.

Волкодлаки не ведают жалости, они всегда пребывают в кровожадной ярости и обожают лакомиться человечьим сердцем, легкими, аль селезёнкой или почками. Хм, но были случаи, когда перевёртыши поедали языки и даже отгрызали семенники у мужчин, оставляя тех в живых, хоть и сильно побитых. Правда, выжившие жертвы, потом не знали куда им деваться и порой даже счёт с жизнью пытались сводить.

«То-то мужики наши острожские зверюгу боятся ещё больше, чем их жёны и дети, — со вздохом подумала я»

Я сняла с плеч походную сумку из коровьей кожи, покрытую красивым шитьём из бисера и украшенную обработанными камушками яшмы. Извлекла из сумки несколько гребешков для волос и выбрал тот, у которого на рукояти была собачья голова с козлиными рогами и высунутым двойным языком. Против волкодлака именно такой и подойдёт, я закрепила гребешком обе косы на голове.