Ты веришь мне?

Когда я всё это узнала, я смеялась до тех пор, пока не начала икать.

Мне так и представилась картина: воин-бомж, кухарка с двумя высшими и дуршлагом в руках, третий, небось, будет инвалид - надеюсь, хоть не на голову, ну а четвёртым я возьму мальчика-оборванца. И назовём мы себя орден Страданий… или нет, не так... Отряд Самоубийц! А девиз у нас будет: «Подайте, Христа ради, на спасение мира…» Обалдеть! Вот почему у меня не как у нормальных попаданок всё, а через одно место?!

Нет, ну честно: неужели не могли наш отряд хоть немного проспонсировать, почему мы оказались на полном самообеспечении? Хорошо ещё, что у меня денег было побольше, чем у нашего доблестного воина! Благо, наш Владыка был не из скупых, и платил всем хорошо, ну а тратить мне и вовсе некуда было — на платье только и потратилась за весь год, да по мелочи — шампунь, мыло покупала, да белье нижнее.

А так, у всех слуг униформа была. Плюс ещё Нири подкинула неплохо, практически столько же, сколько у меня было. Итого выходило более ста монет золотом, да серебро с медяками. Хватило бы нам и на лошадок, и на питание. Да только смысла в обычных лошадях не было, по проклятому лесу только эльфийские скакуны передвигаться могут спокойно, а цена их столь высока, что позволить себе мы бы не смогли даже одного. Поэтому и поехали с торговцем на повозке до селенья, где я месяц прожила, повидаю хоть Динки, отблагодарю.

— Фи, просыпайся, — ткнула я воина в бок, — скоро привал будет, надо б хвороста набрать.

— Вот красивая ты девка, Аши, но до чего же вредная! Могла б и сама набрать, — пробурчал Фиан недовольно, широко зевая, но, тем не менее, спрыгнул с повозки и углубился немного в лес, чтобы, по приезду, мы смогли сразу сложить костёр.

— Фи, если пойду я, потом тебе же плешь и прогрызу в твоей шикарной шевелюре.

— Вот говорю же, вредная! Не возьму я тебя в жены, — донёсся грустный голос из кустов.

— А вот за этот широкий и благородный жест я тебе благодарна, — расхохоталась я, - Мы же с тобой поубиваем друг друга!

Пока Фиан шёл рядом с дорогой и подбирал хворост, мы доехали до стоянки и быстро, на пару с торговцем, обустроили место под костёр.

Я сбегала к ручью, набрала воды: сварим вкусной кашки, да спать ляжем пораньше.

Торговец разжёг костёрок, и, пока варилась каша, мы, слово за слово, и разговорились. Канто, торговец, уже давно тут ездит, в ШурруХен так вообще каждую неделю продукты да вещи возит. Так вот, в последнее время, он заметил на тракте странное оживление.