Ты веришь мне?

Краем глаза заприметив на первой скамье чей-то брошенный коричневый плащ с капюшоном, я схватила его на ходу и быстро накинула его на себя. Натянув поглубже капюшон и отойдя от лавки, остановилась и склонила голову, смешиваясь с толпой.

«Кто он? Почему все ему так кланяются, - размышляла я лихорадочно, - неужели Владыка светлых?» Но он ведь уже более часа назад покинул праздник, все видели, как он уходил! Сидел он, правда, так высоко, на балконе своей резиденции, что разглядеть его мне тогда не удалось. Возможно ли, что он тайно вернулся на танцы? А может, это кто-то из высокородных, им, может быть, тоже так же кланяются? Я же не знаю, как принято обращаться к эльфийской знати! Но что же он мне сказал и почему именно мне?

— Ур шо на! Оршу! — громко прокричал он вдруг со злостью, отчего я вся сжалась и склонилась ещё ниже.

— Немедленно! — сказал он уже на общеэльфийском, и широкими шагами покинул площадку.

Простояв ещё пару минут и немного уняв дрожь в коленях, я понеслась в сторону резиденции Владыки окольными путями.

Для чего нужна я этому эльфу, а, судя по всему, он приказал немедленно найти именно меня, мне совсем не понятно. Спотыкаясь обо все камни и выбоины, и едва не падая, я долетела до чёрного входа. Однако тут меня ожидал ещё один сюрприз. Кухарка Нири, вместо того чтобы спокойно сейчас спать, почему-то стояла около двери и нервно теребила свой любимый цветастый передник.

— Аши, детка. После заката к нам приходила ведунья Оро, та, что ведает прошлым и будущим, сама! Такого на моей памяти не было никогда, чтоб она кого-то лично посещала! Сказала мне, чтоб я в полночь ждала тебя у входа и велела сразу идти в нижний квартал к серому дому, что у кладбища.

Да собрать тебе с собой вещей немного и еды. Деточка, да что ж творится-то? — всплеснула она руками, и всхлипнула.

— Не знаю, Нири, я сама ничего не понимаю, — после всех перенесенных за сегодня потрясений, у меня уже не осталось сил удивляться, поэтому я просто пожала плечами.

— Ведунье Оро не отказывают, потому я и сделала, как она велела, всё собрала, и даже больше. Денег тебе от себя добавила к твоим, что у меня хранились, да безделушек на продажу - они не большие, но пару золотых ты точно получишь за них, — поднимая с земли холщовый рюкзак и протягивая его мне, сказала кухарка, и внезапно обняла меня крепко-крепко. Как когда-то обнимала Баба Катя, провожая куда-либо.

— Спасибо тебе, Нири. Не знаю, что и сказать на прощание.