Управленец

Путного мага-воина нужно готовить годами, и лишь только спустя два-три десятилетия из него получится действительно опасный разрушитель, способный переломить исход сражения. Но в бою их использовали крайне редко, ведь то, что тренировалось годами легко убивалось обычной стрелой или лучше арбалетным болтом с подавляющим магию наконечником.

Кузнецы и воины научились бороться с магией доступными средствами. А некоторые и вовсе разработали специальные методы, как, например, сталь с добавлением особых примесей, плохо или вовсе не поддающихся магическому воздействию.

Вот и повелось, что хороший маг на вес золота, и при этом, все земли кишат новичками-любителями, пытающимися овладеть могучим искусством самостоятельно или с применением разных опасных методов. Впрочем, научить простого человека обычному телекинезу уже занимало несколько лет. А как это делается правильно, знают лишь единицы, сидящие за толстыми стенами цитаделей и школ.

— И сколько же учился ты, прежде чем стать стольным магом? — спросила Азалия.

— Пять лет, чтобы развить первичную мощь и получить необходимые знания. Три года, чтобы постичь мастерство разрушения. Ещё три года, чтобы познать тайны магии восстановления. И ещё три года ушло на изучение специальных знаний смотрителя, — словно прокручивая в голове прошедшие года, Гром с гордостью дал ответ. — Четырнадцать лет упорных тренировок, чтения под надзором великих мастеров и поддерживающей аурой.

— Что за поддерживающая аура?

— Стены цитадели, в которой я учился, были зачарованы на особую ауру, что напитывала пространство энергией. Так было проще накапливать мощь, творить магию и восстанавливать силу. Кроме того, это благотворно влияло на наши тела, делая их крепче и замедляя старение учителей, и это защищало от зимы. Боги не истощали нас, и мы могли продолжать учёбу круглый год.

— Интересно, — Азалия и сама прекрасно знала, насколько тяжело использовать мощь в зимнее время, когда каждый шаг становился вдвое сложней.

— Это да. Смотр отнимает слишком много сил, а на восстановление уходит слишком много времени. Когда боги начинают холодную трапезу, я обычно уподобляюсь им и непрестанно поглощаю пищу в огромном количестве все три месяца.