Управленец

А всё потому, что его возникновение и расцвет пришлись на те славные времена, когда ещё совсем молодой и хитрый на выдумку Горий занимал должность главы крупнейшей в области государственной конюшни. Он сразу же положил глаз на десяток элитных, привезённых откуда-то в качестве подарка рысаков. Пока руководство думало, как поступить с дорогостоящим, даже в масштабах государства, подарком, призванный за ним следить Горий нашёл ему применение. Скрестив их с местными отборными лошадками, умелец вывел маленький табун. Получившаяся помесь значительно превосходила по качеству даже лучших скакунов из местных ферм.

Со временем табун рос, а позже даже обзавёлся одним из десятка чистокровных рысаков, что, по официальным сведениям, сдох. Именно в тот момент Горий за «недогляд за казённым имуществом» сделал шаг назад по своей карьерной лестнице, уступив место более возрастному другу. Тот в конце концов дослужится до областного управляющего. Пониженный вовсе не был удручён своим положением. Приобрёл он от этого намного больше.

После продажи девяти оставшихся коней за границу прошло ещё некоторое время, прежде чем все забыли о том, что такие здесь вообще были. К тому времени конный рынок медленно стал захватывать конезавод некоего, ещё доселе неизвестного, фермера Эбура. Предприятие стало золотой жилой, однако, большая часть доходов шла в карман его истинного хозяина. Тот, будучи государственным чиновником, не имел права заниматься предпринимательской деятельностью, а, кроме того, встать во главе крупного частного конезавода, после всего случившегося, было бы равносильным чистосердечному признанию.

Из всего этого получалось, что после смерти своего делового партнёра господин Эбур становился полноправным хозяином конезавода и всех его доходов.

Об этом Горий подумал только сейчас, от чего впал в страшный гнев, смешавшийся с тихим ужасом. «Откуда ему это всё известно? — повторял он в голове. — Даже заместители Эбура были не в курсе, почему я так часто наведывался к их начальнику».

Возникшая на фоне всепоглощающего ужаса судорога не позволяла сглотнуть.

— Кто ты? – снова спросил заключённый, но на этот раз чувствовался вопрос совершенно иначе.

— Я Талльм, — голос, доносящийся из-под капюшона, полностью скрывавшего лицо, был совершенно обычным. Казалось будто с тобой говорит старый знакомый. — Я услышал твой зов.

Пытаясь выровнять дыхание, Горий уже тысячу раз пожалел о своей выходке. Расстояние между собеседниками исчислялось двумя-тремя метрами.