Вне закона

– А ну, выпустите меня немедленно! Слышите? Сейчас же!!!-Да брось ты! С тебя не убудет. А домой я тебя отвезу, не волнуйся. И не брыкайся!От такой откровенной наглости, она не нашла что ответить, только хватала воздух и не знала, как заставить его отпустить ее.У лесопарка джип повернул на узкую дорогу в сторону реки и, немного проехав по плохо выраженному накатанному следу, остановился. В то же мгновение кресло, на котором сидела она, плавно откинулось в лежачее положение. А она, оказавшись на спине, сразу почувствовала на себе его тяжелое и сильное тело.

Попытки противиться были безуспешными. Силы были неравными. Он в один миг подмял ее под себя, не давая даже вздохнуть полной грудью. Его дерзкие руки нетерпеливо стянули с нее нижнее белье. Обессиленная и отчаявшаяся женщина от боли и унижения отвернула от насильника лицо и закусила губы.Поглощенный низменной страстью, мужчина не выражал интереса на ее возможные манипуляции свободными руками. Он весь дрожал от возбужденности, вены от напряжения наполнились кровью и четко выделялись на фоне шеи. Вера Алексеевна тем временем старалась нащупать рукой свою сумочку и теперь пыталась открыть косметичку. Наконец ей это удалось. Это придало ей силы. Оправившись от первоначального шока, она пришла в себя и живо взвесила свои дальнейшие шаги.Так, в первую очередь надо в косметичке нащупать что-то подходящее. Вот, маникюрный набор! Теперь самое сложное: расстегнуть в молнию в наборе, перебрать содержимое. Пилка! Нет, она не подойдет, слишком гибкая, гнется. Ага! Вот! Ножницы!Вера Алексеевна извлекла их и зажала в ладони.Насильник, мощными и грубыми толчками вдавливал ее в кресло. По его учащенному дыханию, она поняла, что он был близок к кульминации своего вожделения.Женщина брезгливо и ненавистно скривилась: - Нет, урод! Не увидишь ты своей победы!Перед глазами синими буграми мельтешили вздутые вены. Она вонзила острыми концами ножниц прямо в одну из них насильника. Ножницы мягко воткнулись и снова взмыли в воздухе и заново вошли рядом. Истошный крик наполнил салон машины и громким раскатистым эхом отозвался в голове. А ножницы мелькали туда – сюда, оставляя, новые яркие отметины на синей бороздке. Третий удар! Четвертый! Жажда мщения за надругательство с десятикратной силой выплескивалась из Веры Алексеевны. Из рваных ран захлестала липкая и горячая кровь, специфический запах которой умножил безумство разъяренной женщины.