Вне закона

-Представляешь, какой в судебном заседании его ожидал неприятный сюрприз. Несмотря на солидный накал страстей участников судебного процесса ему был дан достойный отпор. Судьей было удовлетворено ходатайство ответчицы. Она действительно молодец. Все документы и все квитанции представила, как доказательство приобретения имущество самой.-Нет, это не дело. Я считаю, что необходимо заключать брачные договора и не стесняться их оспаривать, чтобы был прописан четко каждый пунктик их совместного проживания, а в случае развода – не пострадала ни одна из сторон.

В жизни всякое бывает, - резюмировала я. – Так, тихо! Кажется, он идет. Возьми ручку и, будешь сидеть со мной, пока я веду с ним беседу.Тонька игриво засмеялась.-Боишься? Признайся, что тебе стало не по себе, после моего рассказа.Я, красноречиво бросила взгляд на нее.-Время покажет.-Этот Василий пробыл в Чеченском плену в общей сложности 8 лет.Глеб широко открыл глаза, но не осмелился перебить начавшийся рассказ Дмитрия, только ближе подсел к нему. -Я его сам там видел, - Дмитрий закурил, его желваки задвигались.-Ты что, тоже был в плену? – удивился Глеб.-Немного, пока разобрались. Я ведь после военных действий остался восстанавливать город. Но нас несколько человек подловили, когда мы в магазин их ходили. Продержали несколько дней в яме. Документов с собой не было, они не знали кто я - русский и все.-Били? – тихо спросил Глеб.Дмитрий кивнул.-Не то слово. Били так, что все тело горело, не мог ни сесть, ни лечь. … У меня, - он задумался, в голосе послышалась дрожь, - в одно время возникло желание повеситься. Денег, какие требовали они у меня, не было. Откуда я мог взять такую огромную сумму? – он замолчал.Глеб закурил тоже.-Если бы не один чеченец, который тоже седел в яме со мной и еще одним молдаванином, вернее, не его родственники, - он снова замолчал на несколько минут, - есть среди чеченцев разные люди. Так вот они, по просьбе его, освободили и меня и его. А вот с молдаванином что случилось, не знаю… Жив ли он…Глеб молча налил по полному стакану водки, сместив в сторону рюмки. Они молча выпили, молча закурили. Ни один из них не стал закусывать…Глеб не стал просить его продолжать это болезненное воспоминание. Он видел, как тяжело давалось другу воссоздать в памяти самые трудные моменты его жизни.-Еще в середине 1991-года Василий привез в качестве охранника на машине лес из Твери в Грозный.