Секретное счастье

Молодой Готц бросил неприязненный взгляд на Рика, устроившегося возле ног хозяина, но ничего не сказал.

– Как ваше самочувствие, граф Мишель? – вежливо произнес герцог Якоб. В силу давнего знакомства они обращались друг к другу по именам и даже иной раз говорили «ты», но присутствие сыновей требовало соблюдения этикета. – Граф Андреас сообщил, что вы приболели. Простите великодушно, что явились в неурочный час. Благодарим за то, что вы нашли возможность уделить нам время.

– Дорогой герцог Якоб, я всегда вам рад, – вяло пробормотал, покривив душой, граф.

Но, видимо, эти слова были написаны на его лице, потому что молодой герцог Крис, нервничая, замысловато сплел пальцы (блеснул бриллиант в драгоценном перстне), а его отец поспешно произнес:

– Позвольте, мы перейдем к нашему вопросу.

– Пожалуйста, – развел руками граф. И мысленно приготовился защищать свою дочь.

Но герцогу Якобу было не так просто начать разговор. Он глянул на сына, обвел всех тяжелым взглядом, горько вздохнул, поморщился. Наконец положил на стол белоснежную салфетку с вензелями (он даже не замечал, что мял ее в руках) и медленно проговорил:

– Почтенный граф Мишель… граф Андреас… Мне вовсе не хочется, чтобы сегодняшний инцидент расколол наши давние добрососедские отношения.

– Это верно, герцог Якоб, – тихо и настороженно сказал старый граф. – Я тоже желаю, чтобы все между нами осталось, как прежде.

– Но я ведь не случайно начал издалека, – помолчав, проговорил герцог Якоб, и граф уловил в его голосе нервные нотки. – Вы богатый отец, у вас целое состояние: две дочери и сын.

– Две дочери и два сына, – тихо поправил граф, делая вид, что не замечает раздраженного взгляда Андреаса – тот явно не желал, чтобы затрагивали еще одну болезненную семейную тему.

– Да, это тоже туманная история… – поморщившись, как от боли, проговорил герцог Якоб. – Но я сейчас не об этом. У вас несколько детей – и это счастье, пусть даже трудное. А у меня только один сын. Вот он. Крис.

Все невольно посмотрели в сторону молодого герцога, и тот благопристойно кивнул.

– Моя супруга давно покинула нас.