Секретное счастье

– Музыку… Ну, как есть ребенок! – граф досадливо махнул рукой, посмотрел по сторонам, покачал головой, оценив скалообразную громаду Зеленого замка. Заметил неподалеку скамейку с ажурной спинкой, тяжело на нее опустился.

– Эмилия, позови Элли. Я хочу с ней еще раз поговорить.

Эмилия сердито качнула головой. Она хотела было заявить, что граф всё перепутал и она – не горничная на побегушках. Если ему так надо, пусть идет к оставленному поодаль автомобилю и там, в салоне, беседует с дочерью, благо до назначенного времени еще есть двадцать минут.

Но отчего-то спорить не стала. Ушла и быстро вернулась с Элли.

Тоненькая, хрупкая, с неприкрытыми длинными светлыми волосами, в бежевом плаще, Элли напоминала нежную чайную розу.

– Вот ваша дорогая дочь, граф, – сказала Эмилия и присела на скамейку рядом с бывшим мужем.

Элли поздоровалась, робко улыбнулась, но граф впервые не улыбнулся в ответ.

– Присядь-ка, – буркнул отец, и Элли, не споря, устроилась между родителями. – На улице такой ветер, а ты без головного убора.

Где твой берет? Или что там носит сейчас молодежь? Неужели хочешь простудиться?

– Мне совсем не холодно, папа.

– Вот видишь, ты еще совершенно не взрослая, безответственная, а еще собираешься замуж! – проворчал отец, и у Эмилии распахнулись глаза – она никогда не слышала, чтобы муж так разговаривал с младшей дочерью.

Элли нахмурилась, отвернулась. Граф, смягчаясь, тяжело вздохнул, крепко сжал маленькую дочкину ладонь, негромко произнес:

– Ну-ка, малышка, посмотри на меня! А я на тебя погляжу.

Очень мне хочется понять, зачем ты так торопишься замуж. Только ради того, чтобы парня освободили? Так это не дело! Раз уж он попал в поле зрения короля, да еще Берри за него заступается, долго его в тюрьме не продержат. Или это такой подростковый бунт? Выйду замуж – стану самостоятельной, буду гулять, где хочу, с кем хочу, и родители мне не указ? Так, что ли?

– Мы же вчера обо всем поговорили по телефону, папа… – отозвалась Элли, и мать видела: она сдерживается, чтобы не добавить: «…уже в сотый раз!»

– Так по телефону – не то! Я твои глаза хочу видеть.

– Папа, ну что мне еще сказать? – Элли поправила воротник плаща, глянула на отца. – Я хочу выйти за Дена, потому что его люблю.

– Вот и он говорит – люблю… – вздохнул граф, вспомнив, как вместе с Берри ездил сюда, чтобы побеседовать с Деном. – Но на одной любви семейную жизнь не построишь. Хлипкое получится сооружение.

– Ты нас имеешь в виду? – вдруг проговорила Эмилия.