Шарусси

Мужчины могли упражняться в словесных пикировках до изнеможения, используя меня, как переходящее знамя, а я с энтузиазмом бы подыгрывала. Только без толку.

Я не политик, не бывалый интриган, я не могла просчитать ходы наперёд дальше трёх, но кое-что было и в моих силах. И, неумело лавируя меж выпадами, я приняла решение действовать. В самый последний момент перед отъездом Тэсра мне удалось перехватить его на разговор тет-а-тет и попросить то, о чём могла попросить только я. Потому что только я, та самая, ничем не примечательная девочка, ценность которой состояла в жизни или смерти, могла без особых пояснений вернуться туда, где происходили убийства.

От собственного нахальства и смелости бурлила кровь. Мы стояли на подъездной дорожке, ардэа уносила Тэсра в гостиничный номер одного из нелюбимых им небоскрёбов посреди терры в Цанте. А я крепко сжимала в ладони тайно переданный им амулет, который неизбежно сделает меня предателем.

— Мне очень жаль, — сказала я, когда ардэа вылетела за пределы ворот, и Хранитель уже не мог подслушать разговор.

Сковавшее нас безмолвие невыносимо било по ушам, собственные мысли звучали в ней набатом. Пару мгновений я пыталась понять, в чём причина настолько необитаемой, пугающей тишины, пока меня не осенило. Пение птиц, стрекот жуков, шелест травы под лапками животных — ничего этого не звучало. Живность сбежала из сада, затаившись за пределами резиденции. Они спрятались, чтобы не столкнуться с Тэсром.

— Ты сделала достаточно, — утешил Грин. Брат Тэрдома вышел из образа души компании, в котором пребывал без малого часа два, ярко контрастируя на фоне хмурого, настороженного Роэна, и расслабился.

— Правда? — я придирчиво сузила глаза. — Тэср вёл себя так, как будто мы выдумали повод столкнуть лбами два континента.

— Такая у них стратегия, — поморщился Грин. — Ничего нового.

Я грустно улыбнулась, соглашаясь. Нет-нет, да в газетах Нануэка мелькали статьи, поднимающие вопросы соседства с Цанте. И, казалось бы, нас разделял океан, устройство мира, технологии и, что много важнее, у нас не имелось притязаний на одни и те же территории. Даже ресурсов и тех хватало для развития не на одно поколение вперёд. Словом, живи да радуйся, но всё равно находились те, кому не спалось спокойно.