Шарусси

Кровь запульсировала в ушах до треска, предвкушение высушило рот, меня заполнило эйфорией. Я почувствовала себя до невыносимости незначительной и невесомой, пёрышком на ладони: дунь — и, покачиваясь, полечу, куда прикажут. Зрение прояснялось, обнаруживая именно то, что я ожидала увидеть: огненный цветок на длинном стебле в окружении высоких вай. Пышный, дрожащий от высокой температуры, с переливающимся от красного к синему пламенем.

— Папоротник, — пересохший язык плохо слушался.

Я неосознанно потянулась к извивающемуся стеблю, бутон склонился, и лепестки живого света коснулись моей кожи.

— Шарусси. Это цветок для ритуала, — я знала это.

Мои наставники, разумеется, не объясняли, как проходит инициация и не делились личным опытом. Оба ограничились сжатой фразой, что Шарусси к каждому из нас является в уникальном образе, но встретив её, я сразу пойму, кто передо мной. И вот, места для сомнений не осталось, пояснений не требовалось. Природу нельзя не узнать, её сложно объяснить. Как наивна я была, выпрашивая у хранителей подсказки, и как неправа, что злилась, не получая развёрнутых ответов!

Стебель, ведомый трепещущим бутоном, оплетал меня браслетами, бережно продвигался от запястья к плечу, выпуская крохотные, треугольные плосковетки.

— Первый цветок из этого побега взошёл восемь месяцев назад. Он не пылал огнём, его лепестки были белого цвета. Я поглотил его, — Роэн стоял за спиной, в нескольких шагах, не делая попыток приблизиться. — Второй цветок появился полгода назад. Когда я увидел проявление стихии, то понял, что этот бутон для хранителя. Так Шарусси связывает нас, мы принимаем общую силу цветка. Борна, я привёз вас сюда, чтобы показать его. Если вы не определились, я пойму.

— Не поймёте, — я диковато улыбнулась, продолжая любоваться естественным орнаментом. — В вас, похоже, совсем нет чувств.

Мороэн что-то ответил, я не услышала. Вокруг меня рассеивался мягкий свет.

Кожа покраснела от гуляющих вдоль узора язычков пламени, но тонкие волоски не опалились, рецепторы не отзывались на жар. Ничто больше не омрачало единения с истинной силой, ничто не мешало наслаждаться ею и дышать. Оказывается, я так долго ждала этого момента.