Шарусси

Хорошо или плохо, однако мой словарный запас, благодаря примерке, пополнился кучей доселе неизведанных слов вроде: «блейзер», «худи», «тренч», «пыльник», «унисекс», «инвернесс» и ещё бездна подобной тарабарщины, без картинки с которыми не разобраться. Ладно, я и не особо пыталась. Светящиеся коробочки под названием «фон», занимали меня сильнее оборок. Как я заметила, фоны использовали практически постоянно, не только для чтения новостей. Хельда, хвастаясь умениями механизма, запечатлела меня в некоторых нарядах и показала очень чёткое изображение на экране, картинку можно было приблизить и дотошно рассмотреть каждую складку на ткани.

Безумие какое-то.

Ужин мы разделили на троих, мужчины не вернулись ни в назначенное время, ни позже. Неудобные политические темы заменили на сказания. Именно так звучали мои рассказы о жизни в Нануэке, об устройстве кэпитов, о том, как я странствовала по эриям, прикидываясь то травницей, то ведьмой. История с прикрытиями особенно понравилась Аниме. Ребёнок обожал сказки и всё волшебное, она так расфантазировалась, что упросила Хель включить её любимый фильм про отречённую от местной Унии ведьму.

Идеей просмотра фильма я загорелась не меньше. Ещё бы, увидеть воочию то, что у нас считали пустой выдумкой.

В Нануэке не могли поверить, что нечто подобное может существовать в реальности. Как это, воссоздать обстановку, описываемую в книге, записать сцену с актёрами, а затем показать публике? Мы думали, что невозможно. Пока мы сомневались, Цанте взяли и сделали. Очередной миф низвергнут.

Фильм, кстати, оказался так себе. Мне не понравились излишне надуманные боевые стычки, чересчур романтизированная дорога, а нечисть в нём изводили, как главное зло на земле. И поразительный момент: почему-то герои перед сражением устраивали словесную дуль. Из того, что я знала, ни герои, ни злодеи перед ликом смерти общительностью не отличаются. Но живая картина на стене, безусловно, поражала самое смелое воображение.

После долгого и насыщенного впечатлениями дня я добралась до спальни, вновь открыла окно и села на широкий подоконник, оставаясь наедине с природой.

Буквально. Ветки деревьев ломились от птиц, зелёную траву заполонила всевозможная живность.

— Хорошие мои. Я завтра приду к вам в гости, в лес. Здесь вам спать нельзя.

Да, не очень любезное напутствие, но я бы не хотела, чтобы им причинили вред. Это для Роэна идея пацифизма не пустой звук, а Кагым, например, не поленится взять лопату да прибить кого-нибудь ему несимпатичного.