Шарусси

Да, фонтаны красиво били водными струями и рассыпались брызгами, высокие деревья выглядели вне всяких похвал ухожено, но я не хотела видеть круговую подъездную дорожку по утрам или, того хуже, слышать, как резиденцию Тэрдома наполняют чиновники при исполнении.

— Она мне понравилась.

— Признаюсь, это и моя любимая комната, — поделилась девушка. — То синее кресло у окна — моя добыча. Я нашла его на блошином рынке, купила за бесценок и перетянула. Мороэн никогда не селит туда гостей, он любит, чтобы всё было по высшему разряду, а комната слишком мала.

— У него просто нет вкуса, — поддержала я Хельду, потому что кресло — это единственный предмет интерьера, который мне понравился сразу.

— Скажи же! — рассмеялась она. — Пойдём, оставим вещи и попьём кофе.

— Может, я сначала в душ и переоденусь? Там, вроде, чисто.

— Нет, сначала уборка, — отрезала она. — Это недолго, в четыре руки они и за полчаса управятся.

Хельда снова повела меня боковой лестницей. Девушка объяснила, что между этажами расположены три лестницы: в начале здания, в середине и в конце.

— Я тебе потом покажу, что здесь и как. На этом этаже есть библиотека, зал для тренировок, личный кабинет Мороэна, ну, и кухня со столовой. На третьем только жилые комнаты.

— Я даже представить себе не могла, что дом может быть настолько огромным. У нас замки и то меньше.

— Не говори, мы тоже обалдели при переезде. Дом принадлежит Тэрдому на срок его правления, наши личные жилища куда скромнее. А ещё тут есть теннисный корт и бассейн на цокольном этаже.

— Тени… чего? Где?

— На минус первом этаже. У вас не играют в теннис? Это спортивная игра с ракеткой и мячом. Никто из нас раньше не увлекался, но Гриношик распробовал.

— Как нежно ты называешь мужа, — невзначай заметила я, опустив расспросы про местные развлечения.

— Он у меня знаешь какой? Мой Гриношичек, — нежно пропела Хельда, зажмурившись.

— Нет, но я видела семейное фото в его каюте. А ещё я Хранительница, и многие секреты для меня таковыми не являются.

— Это я успела заметить. Да, из Мороэна особо ничего не вытянешь.

— Так и есть, — сдержанно улыбнулась я, наблюдая за лицом хозяйки дома, не изменилось ли на нём выражение после моих чересчур честных слов. Проявившееся небольшое напряжение исчезло почти сразу. Я украдкой выдохнула.