Инквизитор ведьме — не жених!

Вдруг из центра полились разноцветные стрелы, устремлённые верх, а потом, достигнув звёзд, распустились огромными яркими цветами. Характе́рных звуков фейерверка не было, но это был он. Яркий, мощный, беззастенчиво красивый! Цветы сменялись диковинными узорами и гербами.

Я раскрыла рот, взирая на всё это с откровенной наивностью. Почему этот мир настолько странен, но настолько красив?! Я чувствовала себя маленькой девочкой, которой впервые взяли с собой в цирк. С таким восторгом я смотрела когда-то на выступление гимнастов под куполом.

— Это потрясающе!

Мне хотелось законсервировать этот момент. Сегодня исполнилась моя мечта! Одна из многих!

Я повернулась, чтобы поблагодарить, но наткнулась на внимательный изучающий взгляд серых глаз. Они сияли. Мне не чудилось. Всполохи огней делали радужку вокруг зрачков как будто прозрачней и объёмней. А разноцветные блики ложились на лицо, будто накладывая на него то одну, то другую маску. Делая образ то мягче, то строже, то загадочнее — человечнее. Я замерла, не в силах сказать ни слова.

Он молчал и я тоже.

Мои губы дрогнули, чтобы что-то сказать, но я не находила слов, только беспомощно взирала на мужчину. Прошлое, будущее — всё стёрлось и исчезло в этот момент. Были только мы. Только прерывистое дыхание и взгляд глаза в глаза.

Мужчина приблизил лицо, и его дыхание коснулось моих губ. Я как заворожённая не могла отвести глаз, до последнего не разрывая контакт, а потом всё же прикрыла, когда губы накрыли мои. Даже сквозь закрытые веки я видела яркие всполохи и не могла понять, от фейерверка ли это или от моих чувств.

Губы Илиана оказались очень умелыми. По спине побежали мурашки, но не от страха, а от удовольствия. Я набралась смелости и запустила пальцы в чёрные локоны, разбивая его привычную строгую причёску. Ветер, наверное, был бы доволен тем, что я сделала, но я боялась открыть глаза, чтобы не разрушить магию момента. Настоящую магию между нами.

Сердце ухало обеспокоенной совой в груди. Что я делаю? Что я творю? Но тому огню, что разливалось по всему телу, я не могла противиться.

Я чувствовала: всё, что происходит — правильное, ценное и такое бесконечное, как звёздное небо над нами.

Запахи цветов, мужского парфюма заставляли почувствовать, что это не сон. Что мне не снится то, что мы делаем. Его руки скользили по моей спине. Уверено, горячо, но бережно. А мои же скользили по его груди, добравшись до рубашки. Воздуха не хватало, но я не могла первая прервать поцелуй.