Ведьма Луны свое не упустит

Но если ты хорошо меня попросишь, то я попробую найти способ отменить это условие, или перенести его на что-то другое. Это должно быть что-то равноценное или более серьёзное, например... беременность. Но это же ерунда. В твоём нынешнем состоянии ты просто до этого момента не доживёшь. Нет, можно и другие варианты придумать, но всё потом. А сейчас нам действительно пора.

Дерек предложил девушке руку. Мария осторожно протянула ладонь, и её тут же крепко сцапали и прижали к себе.

«А вот и кандалы», — подумала девушка, так крепко её держали.

По замку они шли неспешно. Все, кто попадался им на пути, старательно не смотрели на Марию, и это ей не особо нравилось. Хорошо, если просто не хотели встречаться взглядами, но, скорее всего, понимали её не радужные перспективы. Дерек провёл её через несколько коридоров, вышел во внутренний двор и там чуть ли не силком усадил в карету.

— А нам долго ехать? — решила уточнить девушка.

— Придётся потерпеть, — вместо ответа сказал граф.

Девушка быстро отвернулась к окну, чтобы её улыбку не успели заметить. В голове родился сумасшедший план, опасный своей ненадёжностью, но другого не было. Оставалось дождаться нужного момента. Карета только тронулась, как мужчина задёрнул шторки, и теперь их никто не видел.

— Почему? — обиделась Маша.

— Потому, — отрезал граф.

Карета медленно набирала ход. В какой-то момент они остановились, и Мария удивлённо посмотрела на графа.

— Сейчас проедем ворота и помчимся быстрее, — успокоил её мужчина.

Маша ничего не ответила. Вместо этого она прислушалась к окружающему пространству, пытаясь понять, что происходит вокруг кареты. Вот транспорт набрал скорость и теперь нёсся вперёд, изредка подпрыгивая на неровностях. Ждать дальше было опасно.

— Месяц светит, ночь идёт.

Мама кошка спит.

За окном тёмным темно

Теург к нам спешит.

Напоёт тебе он сон,

Как прекрасен будет он:

Прилетит к тебе дракон

И принесёт кулон.

Девушка осторожно посмотрела на графа. У неё гораздо лучше получалось воздействовать через музыкальный инструмент, создавая мелодию и подкрепляя её словами, но сейчас такой роскоши не было. Приходилось выплетать мелодию голосом, ну а слова были лёгким дополнением, так как она могла петь хоть про восстание, хоть про поход в магазин.