Дагон

— У вас не осталось там Повелевающих? В деревне? — удивилась Тарида

— Не то что не осталось, я даже не слышал про них.

— Ну, возможно, так и есть, что твой отец был последним — грустно ответила мать — Чтобы вызвать Воинов света, твой отец отдал свою жизнь, распечатав им путь. Смерть хранителя, принесенная в жертву, открывает воинам вход в наш мир. Твой отец был великим хранителем, он мог повелевать стихиями: водой, солнцем, ветром и холодом.

— Когда началась война между королевствами и магами: мы с ним познакомились в королевстве Солнца — улыбнулась Тарида, вспоминая.

— А затем применили заклятие брачных уз и родился ты. Я не знала, какой дар достался тебе: мой или отца. Печати дракона на тебе не было — и мать подняла правую руку, где на внутренней стороне, ближе к подмышке был символ, что сейчас светился в темноте. Золотые крылья.

— Нет, у меня не было такой — сказал Герольд, поднял свою руку и замер. На коже ярко светились крылья.

— Но как!? — удивленно произнес он. Мать пожала плечами

— Не знаю, но, видимо, превращение в дракона заставило печать появиться.

Когда твой отец пожертвовал собой, и воины света навели порядок в королевствах, я поняла, что беременна. Воины ушли, но волнения продолжались, я осталась совсем одна, да еще и была драконом. За мной шла охота из-за моей уникальности и ценности. Родив, я решила, что хранители уберегут тебя и воспитают, не дадут жить в постоянном страхе. Тем более, я думала, что ты будешь как отец — хранитель. Поэтому я оставила тебя на пороге дома старейшины.

— Вчера я почувствовала, что появился второй дракон. Это как вспышка в мыслях, трепет в сердце. Появление новорожденного дракона, чувствует не только мать. Каждый дракон в этот момент понимает, что родился соперник или пара. Он устремляется на его поиски и находит. Я нашла тебя и судя по тому, что нас здесь только двое, даже боюсь подумать о том, что мы совсем одни с тобой — мать замолчала, грустно обдумывая свои слова.

— Наверное, мне бы лучше было с тобой, пусть в постоянной опасности и скрываясь ото всех, но рядом с родным человеком — с упреком произнес Герольд

— Возможно.

.. — время спустя, проговорила Тарида — я хотела тебе другой жизни, не как у меня. Но не получилось, ты теперь стал таким же, как и я, драконом и одиноким, опасным и несчастным.

— Что мне теперь делать с этим? — Герольд был озадачен. То, что он теперь дракон, еще не укладывалось в его голове.

— Я научу тебя, это будет несложно. Ты сможешь жить потом с этим даром, как я.