Власть огня

– Сомневаюсь, что из меня выйдет хороший учитель, – ответил он.

– По-моему, самый лучший!

Они сидели в углу таверны. Отсюда прекрасно просматривался зал, а сами путники не привлекали внимания. Здесь было слишком много посторонних, и все, что могла позволить себе Айя, это протянуть через стол руку и коснуться руки Квилла. Он осторожно сжал ее пальцы, но и того было достаточно, чтобы ее сердце забилось быстрее.

– Лучше, если твоим образованием займется опытный маг. Я могу нечаянно навредить тебе. Исправить что-то потом будет сложно и очень больно.

В Академии тебе обязательно помогут.

Айя кивнула и вернулась к нетронутому ужину. Ела, не чувствуя вкуса пищи, и вряд ли могла бы сказать, что именно лежало на ее тарелке.

Мечта, которую она так долго лелеяла в своем сердце, померкла. Стоило только допустить саму мысль о том, что в ее новой жизни не будет Квилла, как все теряло смысл. Сколько бы она ни убеждала себя в обратном, как бы ни старалась не думать о нем, ничего не получалось.

Сама не заметила, как влюбилась в него.

Пыталась понять, когда из обычного постояльца он превратился в самого дорогого человека. Может быть, это произошло в тот вечер, когда он появился на пороге отцовской таверны или когда утешал ее после разговора с матерью Матина? Когда впервые рассмешил ее или предложил отправиться с ним в столицу.

Айяна не смотрела на сидящего напротив мужчину. Притворялась, что занята едой, хотя с трудом заставляла себя есть. Сказывалась привычка и наставления матери, которая считала сытый желудок залогом здоровья.

Слишком часто они недоедали, живя в деревне.

Квилл что-то говорил, но она не слышала его, погрузилась в воспоминания, позволила грусти затопить ее душу. Надо было учиться жить без него, если он не был готов остаться с ней. Вырвать с корнем все чувства к нему, запечатать сердце и больше никогда не влюбляться.

– ... посоветует, как лучше поступить.

– Что? – переспросила она, окончательно потеряв нить разговора.

– Мой наставник, который спас и вырастил меня. Без него я вряд ли пережил смерть родителей, – терпеливо повторил Квилл.

– Он преподает в Академии и поможет нам. Не волнуйся, я буду рядом.

– Надолго?

Отвернулась, чтобы он не увидел слез в ее глазах. Что-то слишком часто она стала плакать из-за одного несносного мужчины. Только Квилл заметил или почувствовал, как изменилось ее настроение. Пересел на ее скамью, обнял за плечи и добавил:

– Сколько бы тебе хотелось?

"Навсегда, – подумала Айя, – до последнего вздоха".