Здесь драконы не пролетали?

Постаралась идти бодрым шагом, напоминая себе, что похитители въехали в этот же тоннель, но они успели проскочить его до захлопывания, а значит… А значит, их автомобиль где–то здесь.

– Вострикова, возьми себя в руки, иначе тебе не выжить, – это я произнесла сразу после того, как представила седан с разорванной крышей, из–под которой кровожадные ящеры извлекли моего жениха, вполне себе насытившись двумя похитителями. А если они не стали их жрать, тогда их трупы все еще в машине. До меня же не доносятся ни ругательства, ни стоны?

На всякий случай я остановилась и прислушалась.

– Я слышу, я вижу, я чувствую.

Я стояла у обрыва. Кроны деревьев шумели у меня под ногами, и насколько хватало глаз всюду простирался лес.

– Мне не выжить, – только что произнесенная мантра «я слышу–вижу» была забыта. – Хотя…

Глаз зацепился за что–то белое. Уже точно зная, что это машина, ласточкой сорвавшаяся с вниз и застрявшая на дереве, я вновь вернула веру в себя.

Побегав вдоль обрыва, нашла дерево, чья ветвь вполне могла выдержать мой вес.

– Теперь главное, – произнесла я и, сняв с руки браслет и помолвочное кольцо – подарки Федора, сунула их в самое надежное место, что было при мне. Лифчик – верный помощник женщины, с какой стороны ни смотри. Мне предстоял сложный спуск, и я не хотела потерять то, что было дорого.

– Федя, я иду к тебе, – прошептала я и тут же поправилась, не желая даже думать, что любимый смотрит на меня с небес: – Федя, я иду за тобой.

Только сейчас, цепляясь за ствол, выбирая место, куда ставить ногу, я испытала огромную благодарность к преподавателю физкультуры: если бы не его жесткие методы тренировки, заставившие нас через слезы и синяки быть гибкими и ловкими, а наши мышцы налиться силой, я уже с десяток раз сорвалась бы, не сумев ни подтянуться, ни с грацией шимпанзе перекинуть свое тело на соседнюю ветвь.

– Сим Симыч, спасибо, – я кряхтела, преодолевая последние метры, мысленно высчитывая, когда уже можно будет спрыгнуть.

Под деревом, где на честном слове висел седан, густо пахло бензином. Одна из ветвей пробила бензобак, и у корней натекла приличная лужа. Лезть наверх было боязно, но машина – единственное место, где могло остаться что–то полезное для меня. Открытые двери свидетельствовали, что похитители покинули машину, но следов их пребывания на земле я не обнаружила.