В объятиях иллюзий

Главное, пореже попадаться на глаза Изарду и поменьше о нем думать.

Покинув комнату, я направилась по зеленому коридору, полы которого были украшены ковром, а стены цветной витиеватой росписью. Мама собственными руками рисовала, как папа ее не упрашивал нанять специального робота.

— Засуньте себе свой век технологий куда-нибудь пониже, ручная работа всегда в моде и в цене! — мама с гордостью размахивала широкой кистью, а в глазах ее горел азарт.

Мне было семь лет, когда они решили сделать ремонт.

Не “смена облика дома”, как это принято в наше время, а именно “ремонт” — мама с особым пиететом произносила это слово.

Наблюдая за тем, что тогда, на протяжении месяца, происходило в коридорах и спальне родителей, я поняла одну очень важную вещь — когда вырасту и выйду замуж, то тоже обязательно буду делать ремонт каждый раз, когда меня будет обижать моя пара. Потому что “ремонт” — это средство устрашения даже такого сильного и доброго дяди, как мой папа.

Только сама руками делать я ничего не буду — хлопотно сильно.

В наш с супругом дом я для этого позову маму. Уж она точно знает толк в ремонте.

И в устрашении мужчин.

Насколько реально испугать Изарда ремонтом, я конечно сказать не могу, но… Стоп, никакого мастера иллюзий в супругах у меня не будет. Кишка тонка и мозгов не хватит. У меня.

Я уже подходила к обеденной комнате, но все никак не могла вспомнить, когда же вдруг начала воспринимать Изи как мужчину. Логичнее было бы считать его вторым отцом, но я подсознательно, с самого начала, воспринимала его как нечто особенное.

Близкое, родное, но не в ключе рода. Я любила его какой-то особенной любовью. И сейчас она начала трансформироваться в нечто невозможное, запретное. Это пугало и завораживало одновременно.

Гормоны хлопали в ладоши от восторга, а мозг мечтал устранить любые поползновения в сторону мужчины, вырастившего меня практически наравне с родителями. Мне известно, что он появлялся в нашем доме минимум раз в полный лунный оборот, стоило мне родиться.

И каждый раз, когда родителям нужно было покинуть дом, нянь оставался со мной, бросая все дела.

Он не пересекал черту, всегда относился ко мне бережно, ласково, не бросал косых взглядов, в которых можно было бы разглядеть мужской интерес. Но сейчас, за один такой взгляд я была согласна если не на все, то на многое. Просто в какой-то момент я стала сравнивать юношей вокруг себя с этим мастером иллюзий.