Спасите меня, Кацураги-сан!

– Да они чуть ли не конкурс красоты устраивают! – взмахнула руками Хана. – Сначала тщательно выверяют оценки, выделяют из студенток пять-шесть отличниц, а затем выбирают из них самую красивую. Её берут на работу, и то – после долгого душного собеседования.

– У твоих однокурсниц, скорее всего, не было шанса, Хана-тян, – сказал я.

– Ой, что это, Тендо-кун? Комплимент? – удивилась Огава. – Очень непохоже на тебя.

– Ты сравниваешь доктора Кацураги и Тендо, – ответил я. – Это немного разные люди. Как я уже и сказал – работу и личную жизнь нужно уметь разделять.

Мы вышли на мостик, что был перекинут через пруд, и остановились у перил.

– Эх, жалко, что сейчас не весна, Тендо-кун, – вздохнула Огава. – Почти целый год придётся ждать, чтобы показать тебе, как цветёт сакура.

– Я уже бывал на празднике Ханами, – солгал я.

Не хватало ещё, чтобы и Огава посчитала, что я какой-нибудь гайдзин. Пришлось специально упомянуть национальный японский праздник, суть которого – наслаждение от наблюдения за цветущей сакурой.

– Я это понимаю, Тендо-кун, но вряд ли в Осаке есть такой же красивый уголок, как парк Синдзюку. Здесь каждую весну собирается чуть ли не все жители Токио! В следующем году нам нужно будет обязательно сюда прийти.

Огава явно торопила события. И сильно приукрашивала уникальность парка Синдзюку. И всё это для того, чтобы ещё раз вытащить меня на совместную прогулку. Она решила использовать всю артиллерию разом. Я это прекрасно понимал, но сама Хана, скорее всего, думала, что наше «свидание» идёт чётко по её плану.

– Давай присядем, Хана-тян, – предложил я и указал на столики около кафе, что виднелось за мостиком.

Мы взяли по баночке холодного сока и уселись за свободный столик с видом на пруд. Полчаса мы вели непринуждённую беседу, скача между темами о работе и о моей личной жизни, которой Хана очень сильно интересовалась.

В конце концов решил, что пора бы уже раскрыть все карты.

– Хана-тян, – перебил девушку я. – Давай не будем друг другу лгать.

– Э… Это ты о чём, Тендо-кун? – напряглась Огава.

– Нет ведь никакой подруги, которая позвала меня на свидание. Я прав? – улыбнулся я.

– С чего вы… ты это взял? – воскликнула Хана и неловким жестом пролила сок на свою сумку. – Да что ж такое!

Огаве захотелось выругаться, но она вовремя прикрыла рот рукой.

– Да, Тендо-кун, – сдалась она. – Ничего-то от твоего взгляда не скрыть. Ни болезней, ни намерений.

Уж в этом-то она была права. Её пульс подскочил до ста восьмидесяти.