Любовь и спасение в Ивонте

Упирать на свое состояние и отказываться не стала, предпочитая не прятаться, а посмотреть на мужчину, решившего предоставить мне кров.

Его милостью мне оказана помощь и позволено остаться в этом доме. И спас меня тоже он, следует хотя бы на словах поблагодарить мага, рискнувшего вмешаться. Пусть с лордами прежде общаться не доводилось, и я невольно смущалась в его присутствии.

Но ведь надо уметь бороться с собственными опасениями? И жить дальше, если провидение смилостивилось, подарив такой шанс.

К тому же отказаться идти на обед в чайную, расположенную через дверь от моей спальни, совсем подозрительно. И, собравшись с силами, я пошла. Радуясь, что голова не кружится и шаги даются без проблем, совсем не так, как при былом повреждении магических потоков.

Как оказалось, при постройке особняка комнату для приема пищи устроили на каждом этаже. И расположив друг над другом, связали все с кухней с помощью небольшого лифта, способного доставлять блюда.

Признаться, испытала невольное смущение, осматривая богато декорированную чайную, напоминающую небольшую и уютную столовую.

Только в ней король спас тонущую девушку, мечтая жениться на простолюдинке, на которую давно положил глаз, и коварно выдал за иностранную баронессу. А Севастина даже не подозревала об его самоуправстве, пока слухи расползались по дворцу.

Меня же лорд просто спас, оказав помощь и предоставив кров.

При моем появлении в комнате, называемой Розовой чайной, лорд встал из-за полностью накрытого к обеду стола, приветствуя меня и еще больше смущая. Так и стоял, пока с любопытством осматривалась и даже заглянула в кухонный лифт.

Лорд Шанхар добро улыбался, настораживая пронзительным синим взглядом, рассказывая об особняке и самой комнате, без намека на недовольство.

Немного осмотревшись, поняла, отчего комната называется Розовой. Любопытно, что в отделке преобладали по большей части голубые оттенки, а стены украшали обои с лазурными цветами роз, объясняя название.

Выглядела чайная скорее, как небольшая столовая. Обеденный стол оказался не таким длинным, как в моем представлении о быте жителей внушительных особняков.