Седьмая

Седьмая

Оксана Гринберга

Глава 1

На городском кладбище было оживленно. Несмотря на ранее утро, по асфальтированной дороге, теряющейся за поросшими соснами холмами, уже вовсю суетился, вышагивал народ. Спешил по главной аллее, по бокам которой продавцы протирали выставленные на продажу надгробья, а говорливые бабульки бойко торговали венками и цветами с низеньких свежевыкрашенных прилавков.

Я стояла в стороне, возле боковой калитки, от которой начиналась еще одна дорожка в дальние сектора, но даже досюда долетал резкий запах цветов, перемешанный с едва уловимым ароматом соснового леса.

Натужно рыча, проехал переполненный автобус. Выпустил на повороте черное облако выхлопных газов. Протиснулся между забитой машинами стоянкой и щербатой обочиной тротуара, зарулил на остановку, и из его дверей деловито посыпали граждане с тяпками и ведрами.

Поморщилась, но вовсе не из-за выхлопных газов. Еще один крайне характерный запах давно уже не давая мне покоя.

Жутко и неумолимо тянуло псиной.

Оборотни!..

Поправила солнечные очки, пряча глаза от весеннего яркого утра, понимая, что даже за темными стеклами не спрятаться от тех, кто караулил меня с самого утра. Два амбала из Серых прицепились еще возле самого дома. Притащились за мной аж до самого кладбища, а теперь делали вид, что интересуются венками и кладбищенскими свечками, из-за чего старушки-продавщицы испуганно жались друг к дружке, видимо, вспомнив времена, когда такие вот спортивные ребята в тренировочных костюмах «отжимали» у них деньги, требуя платить «крыше».

Те дикие времена давно уже канули в Лету, но память-то в народе жива!

Словно почувствовав, что я о них думаю, молодой накачанный светловолосый оборотень в черной одежде посмотрел в мою сторону.

- Да здесь я, здесь! – усмехнувшись, сказала ему. – Как видишь, стою на месте!

Пусть до него далеко, но, думаю, услышит.

Оборотни – они такие, ушастые и глазастые.

Впрочем, куда сильнее нежданных соглядатаев меня тревожило другое. Странное ощущение появилось, стоило мне выйти из машины, и не собиралось никуда пропадать. Мир мертвых, спящий вечным сном на раскинувшемся на несколько квадратных километров Новопоселковом кладбище, этим утром показался мне муравейником, разворошенным чьей-то гигантской рукой.

Я видела, как мельтешили встревоженные духи.