Самайн

О себе почти ничего не говорил, и Кейтлин не выдержала, спросила:

– Кто ты?

– Я? – переспросил Дэвид и задумался. – Человек, мужчина…

– Имя Дэвида Аерина О'Коннела тебе о чем-то говорит?

– Что?.. Откуда?...

Бессвязные фразы, вопросы, которые он, казалось, задавал самому себе, напугали Кейтлин, но убили в собственной правоте. Она была близка к разгадке: Дэвид точно знал что-то о пропавшие ребенке. Только сам он исчез, и не отозвался, когда она позвала его вновь.

***

– Кей, ты спишь?

– Нет, а ты?

– Я? Я, кажется, совсем разучился спать.

Тебе все еще интересна та история?

Кейтлин встала, зевнула, прикрыв рот рукой, посмотрела на часы. Три часа ночи – прекрасное время для беседы.

Девушка завернулась в одеяло, босиком прошлась по холодному полу, села в кресло. Подавив новый зевок, сказала:

– Я слушаю и даже постараюсь не уснуть.

– Хорошо, ты будешь первой, кому я расскажу об этом. Надеюсь, после не решишь, что мое место в желтом доме.

– Я несколько дней разговариваю с призраком, так что будем лечиться вместе, – попыталась пошутить Кейтлин.

Дэвид даже не попытался улыбнуться. Встал, прошелся по комнате, оперся о спинку кресла и начал свой рассказ.

Будучи ребенком, он частенько сбегал из дома. Зеленые холмы манили его. Здесь он чувствовал себя иначе – умнее, значимее, сильнее.

Однажды голос, прекраснее которого он не слышал в жизни, позвал его к озеру. Дурная слава закрепилась за ним, но вряд ли могла напугать любознательного мальчика. Он смело шагнул вперед, принял протянутую руку и погрузился в воду.

Не намок, вышел сухим и оказался в густом лиственном лесу. Здесь было тепло и удивительно спокойно, хотя все дышало жизнью. Порхали бабочки. Слышались песни райских птиц. Паслись, не таясь, благородные олени.

– Идем, мой мальчик, – произнесла женщина, что держала его за руку. – Я покажу тебе удивительный мир.

Дэвид обернулся, чтобы увидеть ту, чьей воле подчинился. Незнакомка, подобная богине и ведьме, вызывала страх, трепет и восхищение. От нее хотелось бежать и в тоже время пасть перед ней на колени – столь противоречивые чувства она вызывала.

Иссиня-черные волосы змеями рассыпались по плечам, спустились на спину и ниже. Кроваво-красные губы растянулась в зловещей улыбке, прикрыв два ряда жемчужных зубов. Глаза, цвет которых менялся от небесно-голубого до свинцово-серого, сверкнули в темноте, будто молния прорезала тучи.

Мальчик решил ненадолго задержаться, только для того, чтобы узнать новый мир, но остался здесь навсегда.