Дракон Тьмы

— С нечистью нас же не отправят бороться прямо с самого начала, - нервно улыбаюсь я, не зная, верить ли своим догадкам.

— Конечно, - успокаивает то ли себя, то ли нас с подругой Кэлл, - в истории первокурсников никогда не отправляли уничтожать тварей.

Остаток вечера мы проводим почти в тишине, изредка смотря в сторону моря, которое к вечеру разбушевалось. Волны стали ударяться о скалы, а птицы, кружа над ним – громко кричать. Как только солнце стало клониться к горизонту, освещая воду и землю последними лучами тёплого осеннего солнца, мы разошлись.

Идя по городу, где местами уже зажгли фонари, освещающие дорогу, я с интересом рассматривала дома. Так происходит каждый раз, когда я прогуливаюсь одна вечером. В Эвии все дома выглядят богато – почти все сделаны из белого камня, расписанные в некоторых местах золотыми узорами. И только я на их фоне сливаюсь с тьмой, которая приходит вместе с вечером и прохладным ветром с моря.

Когда дверь в дом за мной закрывается, никто не выходит в прихожую. Только Орион сидит, прямо как статуя, на пуфе возле вешалки с верхней одеждой, в ожидании, как маятником, медленно виляя хвостом из стороны в сторону. Я оставляю чёрные ботинки на шнуровке возле двери и пройдя мимо кота, как бы невзначай провожу по его голове ладонью, не останавливаясь. Захожу на кухню, но останавливаюсь, как только перехожу порог.

— Мы отправляемся в десять, - говорю я.

Мама смотрит на меня красными, от уже высохших слёз глазами и медленно кивает.

— Нас уже предупредили, - встревает отец.

Я прохожу дальше, садясь за пустой обеденный стол. И только одно сразу бросается мне в глаза.

Письмо, которое было запечатано золотым вперемешку с чёрным сургучом. Мама уже не держит в руках письмо, а кладёт его перед собой, внимательно разглядывая.

— Это из академии? – догадываюсь я, по символу дракона, который был изображён печатью на сургуче.

Мама молча кивает, протягивая письмо мне.

— Будешь учиться там три года, и на каникулы дозволено приезжать домой, - улыбается она, смахивая снова друг накатившие слёзы.

Она пытается улыбнуться, но тогда слёзы уже начинают стекать по её щекам. Папа успокаивающе гладит её по руке, разглядывая конверт от письма.

Я перебираю руками по шероховатой пожелтевшей бумаге, вглядываясь в красивый почерк отправителя.

«Добрый вечер, мистер и миссис Аденри.