Лилия- хранительница леса

– -Ты никогда не спрашивала меня о будущем, – произнес хранитель.

– Да, я знаю: я жила настоящим, как ты и учил, но сейчас… Это сильнее меня! Я не могу ждать, жить, осознавая, что судьба только играет мной! Скажи мне, что будет: со мной, со Станиславом,. Мне так плохо, Ардалион! – она с силой сжала его руку, с мольбой глядя ему в лицо.

– Лилия, и мной управляет судьба. А мой дар прорицания – не таков как ты его представляешь. Раньше духи жили в единстве трех времен – это трудно понять, но так было.

И сейчас некоторые люди умеют заглядывать в прошлое, ав будущее, это в них говорит память о Великом Единстве. Мне же легче удается блуждать среди временных пространств, но некоторые моменты и мне не дано знать. Я не могу сказать твое будущее.

– Не можешь или не хочешь?! – воскликнула Лилия, резко вскочив на ноги. – Я чувствую, что-то должно произойти, что-то нехорошее, но если я это ощущаю, то тебе это дано видеть гораздо четче? Так почему бы тебе не сказать мне, Ардалион? Что будет?

Ардалион долго смотрел на нее: на ее гордо вскинутую голову, на блестящие глаза, розовые щеки, сейчас пылавшие гневным румянцем.

Никогда он ее не видел такой! В ней говорила словно другая девушка, которая и восхищала, и пугала.

– Вам, людям, непременно надо узнать свое будущее, – проговорил он, подойдя к ней поближе. – Зачем? Они надеются изменить его – глупцы! А если узнают, то не удовлетворяются – снова и снова ищут чего-то, жаждут узнать.

Нет ведь смысла? Зачем тогда?

– Вот ты как теперь,– сказала Лилия. – Раньше я была для тебя не просто человеком, а твоей дочерью, дочерью леса, а теперь ты ко мне, как к чужой обращаешься, – сказала она и голос ее дрогнул в конце.

– Ты неправа,– возразил старец и прикоснулся к ее горячей щеке. – Я по-прежнему люблю тебя. Я вижу, как ты мучаешься, и я знаю почему.

Лилия обратила на него вопросительный взгляд, и он сказал:

– Ты любишь. Но любишь человеческой любовью, и она сейчас изводит тебя.

– Человеческой? Она чем-то выделяется?

– Она отличается от великой любви, какою любят души. Великая любовь подобна первозданной воде: чистая, бескрайняя… Арсанна, Созон и их потомки наказаны бренным телом, но и наказаны они были в любви. Теперь, когда люди любят они испытывают боль и муку. Чувствасмешиваются, сменяясь то нежностью, то гневом, то гордостью, то обидой; то страстью то холодом, то радостью то грустью.