Сагертская Военная Академия

А Нольвен показала ей большой палец и добавила:

– Полностью солидарна, но, увы, я нынче лишена возможности откровенно говорить о наболевшем.

– Чего? – оторопела Танира.

– Мама меня прокляла, чтобы привести мою вербальную коммуникацию в надлежащий вид.

– А?

– Нольвен больше не может ругаться, – пояснила я. – Совсем.

Танира тяжело вздохнула и пододвинула нам блюдо с бутербродами. После чего встала и вытащила из холодильного шкафа огромный торт.

– Ешьте, бедные мои. Что ж вы дальше делать-то будете? Это ж какой лживый тебе муж достался, деточка моя.

Причитая, Танира принялась составлять на стол приготовленные для ужина вкусности. А мы с Нольвен, переглянувшись, принялись за торт. Ну его к Хаосу, жениха моего недоделанного! Торт не вечен, а Стевен никуда не денется.

– И все же, – задумчиво произнесла Нольвен. – Что ты будешь делать?

– Не знаю.

– А если к бабушке пойти? Старшая квэнни Конлет довольно, м-м-м, интересная личность.

– Родители проклянут, – хмуро отозвалась я. – Сколько раз ты меня прикрывала, когда я к бабуле бегала? То-то же.

Кухонная дверь с грохотом распахнулась, и мы, обомлевшие, увидели Стевена во всем его пафосном величии. Вокруг алворига Тенеана кружились яркие бабочки, которые нет-нет да и присаживались на значок лучшего выпускника. Значок, который был отлит из чистого золота и инкрустирован изумрудами. Значок, который должен был принадлежать мне! Или Нольвен. Но никак не этому подлецу!

– И не стыдно? – спросила подруга и кивнула на значок. – Хоть бы снял, прежде чем войти.

– Мне нечего стыдиться, – презрительно бросил он. – Лавант, ты, кажется, уже поела. Так что же тебя здесь держит? Десерт ждешь? Так я вижу, ты и до него добралась.

Я ахнула. Такого мерзкого укола я от него не ждала. Ведь Стевен знает, что все деньги семьи уходят на лечение Идрис Лавант! От злости у меня потемнело перед глазами и я почувствовала, что все мое дважды наведенное спокойствие стремительно улетучивается.

– Не смей оскорблять мою подругу, – процедила я и встала из-за стола.

– После свадьбы таких подруг у тебя не будет. Квэнти Лавант, извольте оставить меня и мою будущую жену для приватного разговора.

– Нольвен, – позвала я. – Подождешь меня в моей комнате?

Сверкнув недобрым взглядом, она скупо кивнула и, показав Стевену неприличный жест, вылетела из кухни. Казалось бы, моя лисонька просто в ярости, но я-то видела, что она едва сдерживает слезы. Для Нольвен бедность, обрушившаяся на семью, стала страшным ударом.