Сагертская Военная Академия

– В крайнем случае тиснем вазон из парка, – пожала плечами Нольвен. – Что? Потом вернем, как на выходные отпустят.

– Тогда не "тиснем", а возьмем на время, – поправила я ее и добавила: – А вообще, если все будут так делать, то у нас город станет страшный и некрасивый. Лучше у Меры ту фарфоровую супницу возьмем.

Нольвен с ужасом посмотрела на меня и страшным шепотом ответила:

– Я не готова умирать, тем более такой смертью. Она же застебет нас насмерть. Как за те голубые блюдца, помнишь? Когда мы их левитировали в стену!

Так, посмеиваясь и поглаживая Лилея, мы пришли к ресторации.

Внутрь мы вошли исключительно вовремя: наши однокурсники уже расселись по местам и нам с лисонькой было уделено максимальное внимание! Звонкий колокольчик на двери заставил всех повернуться в нашу сторону.

– Девочки, вы прекрасно выг... Маэлин? Нольвен? – наш записной сердцеед Ролан на мгновение оторопел, а после рассыпался ворохом комплиментов.

Мой бывший жених, сидевший во главе длинного прямоугольного стола, только досадливо поморщился, но ничего не сказал.

Вот только когда мы в сопровождении болтуна Ролана подошли к столу... О, надо было видеть эти глаза, полные гнева! Мой костюм его явно впечатлил.

– Маэлин, тебя бы как-то посадить поближе к Стевену, – призадумался Ролан. – Ты у нас первая в списке, да и вообще, вы же уже сколько лет помолвлены.

– Не стоит беспокоиться, Ролан. – Я положила руку ему на плечо. – Вон два свободных места, как раз для нас с Нольвен. А помолвка расторгнута.

– Не стоит бросаться столь громкими словами, Маэлин. – Стевен встал со своего места и властно произнес: – Ты сядешь рядом со мной, на углу. Никому не придется двигаться.

Все двадцать человек замерли, превратившись в одно большое ухо.

– Ну оттащи меня, – хмыкнула я и плюхнулась на свободное место.

Рядом со мной грациозно опустилась моя лисонька, и взгляды собравшихся скрестились на Стевене.

– Мы поговорим об этом позже. Как и о твоем отвратительном внешнем виде.

– Да? – делано простодушно удивилась Нольвен. – А тем парням понравилось. Помнишь ту троицу выпускников военки? Мы их в парке встретили.

И моя лисонька принялась делиться восторгами по поводу того, какие эти парни были "Ух" и "Ах". И высокие, и широкоплечие, и такие "по-военному суровые". Лисонькина соседка, жадно блестя глазами, впитывала слова Нольвен как губка и даже глаза закатывала.

– Надо признать, что они немного грубоваты, – вскользь заметила я.