Грёзы о любви

Они так слабы против этих дикарей. Так уязвимы.

Эстель убрала с холодного лба раненного пряди волос. Жилка все еще билась на шее. Он умер на рассвете.

Скрипнула дверь — отец бы устроил выговор за такое состояние крепости, — и она вышла за пределы крепости. Прислонившись к каменной стене, здесь стоял Нарель.

— Лорд Миратэ, — она кончиками пальцем коснулась его плеча, — идите спать. Вам нужен покой.

— Мне нужно дождаться Нейлина, — недовольно ответил тот.

Она видела, что, несмотря на боевой настрой, он устал. Очень устал. На ногах его держала лишь нескончаемая сила воли и любовь к сыну. Эстель на мгновение прикрыла глаза, вновь вспоминая Фельела.

— Идите спать, я подожду Нейлина... Идите, иначе свалитесь ему на руки. Ему и так тяжело, не хватало еще беспокоиться за вас.

Последний аргумент сработал, и лорд Миратэ шатаясь побрел в крепость.

Солнце почти полностью поднялось над горизонтом, когда из леса вышел Нейлин. Эстель шагнула ему навстречу и остановилась, разглядев пятна крови на его рубашке. Он тоже замер и хриплым, более низким, чем обычно голосом произнес:

— Это.

Интонации были все те же неуверенные и мягкие, а взгляд — обеспокоенный, когда он увидел ее платье — тоже все в крови.

Говорить не было сил, и Эстель просто шагнула к нему навстречу, обнимая. Сильные руки легли на ее спину, защищая. Ее ладони коснулись его лопаток, поглаживая и успокаивая. Так они и стояли в лучах восходящего солнца. Уставшие, в крови, измученные душою и телом. И все же счастливые тем, что могли слышать биение сердец друг друга.

***

Королевский сад всегда был местом особым. Из всей семьи большего всего бродить по нему любил Лоренс, хотя времени у него на это оставалось очень мало. Сегодня выдался один из тех простых счастливых дней, когда он позволил себе короткую прогулку, а заодно совместил два своих увлечения, не касающихся его обязанностей кронпринца.

Прошли уже те времена, когда Лоренс прятался от Лидэля, чтобы порисовать.