Сказки Волчьего полуострова. Король на площади

И я сообразила, что вместо того, чтобы наслаждаться видами парка, мы битый час потратили на то, чем занимаются подданные всех государств мира, — рассуждения, что бы мы сделали на месте собственных правителей…

То есть на бесконечное и бессмысленное переливание пустого в порожнее.

Я выпрямилась, отряхнула руки. На песке осталась карта нашего полуострова в виде оскаленной морды волка — за это его и называют Волчьим. Зазубренный серп с ручкой или пасть волка — мое княжество; с юга, за Лунным хребтом, обозначенным россыпью мелких камешков, к нему примыкает Рист.

— Слышали бы нас сейчас Силвер с Рагнаром!

— Думаю, им не мешает взять нас в советники, — подмигнул Кароль, поднимаясь. — У тебя имеется-таки пара-тройка здравых идей!

Не поддавшись на поддразнивание, я согласилась снисходительно:

— Ну и у тебя тоже есть одна-две. Идем дальше?

Он взглянул на солнечные часы и помрачнел.

— Кажется, мне уже пора. Но все-таки в нашей прогулке должен быть заключительный аккорд, или как там говорят художники: завершающий мазок?

Мы поднялись по ступеням вдоль огороженных узорчатой чугунной оградой цветочных террас.

— Смотри же!

Я взглянула, и у меня перехватило дыхание.

Вниз к густо-синему морю бесконечными уступами спускались полосы-террасы, заполненные белыми, алыми, бордовыми, розовыми, желтыми, вишневыми, синими… почти черными розами. Распустившиеся, осыпавшиеся или скрученные в тугие бутоны. Крохотные — с ноготок, и огромные, с голову младенца.

…Я ненавижу его уже два года.

С силой оттолкнувшись от ограды, я отпрянула назад. С лица Кароля исчезла улыбка. Он быстро огляделся.

— Эмма? Что такое? Что ты увидела?

— Я… — Я прижала пальцы к вискам. — Просто голова разболелась. Наверное, перегрелась на солнце…

— На солнце да, конечно, — помедлив, согласился Кароль. День хоть и ясным, но довольно прохладным и ветреным.

Когда мы уходили, я старалась задержать дыхание или дышать хотя бы ртом. Как бы еще не стошнило. Какой позор!

Скомканно простившись — Кароль торопился, а у меня теперь и впрямь разболелась голова, — мы разошлись каждый в свою сторону. Я старалась идти как можно медленней, чтобы прилипчивый запах выветрился из одежды и волос. Но прогнать мелькающие перед глазами картины было невозможно.

…Розы. Красные. Белые. Бордовые. Желтые. Все — распустившиеся.