Сказки Волчьего полуострова. Король на площади

Оперлась пальцами о тонкую свинцовую раму, с жадностью оглядывая открывшуюся моему взору картину. Все та же очаровавшая Кароля Синяя бухта, лишь со сместившимся ракурсом: сейчас мы находились в одном из домов, то ли выдолбленных, то ли прилепившихся к скале на противоположном берегу бухты. Я сощурилась, пытаясь отыскать на горе, увенчанной королевским дворцом, «место отдохновения» Человека С Птицей.

— Здесь южная сторона, солнце светит весь день, — сказал у меня за спиной Кароль.

Прекрасное место для мастерской! Я бы не могла желать лучшего, но…

— В чей дом мы вломились, Кароль?

— Можешь не беспокоиться, сюда не ворвется его разгневанный владелец или полиция!

Он подтвердил свои слова такой милой улыбкой, что впору было подбирать юбки и бежать, пока этого действительно не случилось.

— Гляди-ка, ему здесь тоже нравится!

Кароль опустил клетку на пол и встал рядом со мной. Вскинул руки, упираясь пальцами в раму. Я поглядела на его профиль, четко обрисованный огнем заката, и во рту у меня пересохло.

— Так и стой!

Он не задал ни единого вопроса, не шевельнулся, лишь скосил на меня взгляд. Я выдернула из папки лист бумаги, кое-как пристраиваясь с ним на пол. Я еще не пробовала делать наброски Кароля в цвете, но сейчас взялась за пастель.

— Эти цвета очень идут тебе!

— Это как?

— Цвета заката. Багрянец, киноварь и золото, густая синева вечера… Ты — сын сумерек, Кароль.

Он чуть повернул голову, чтобы лучше видеть художницу.

Эмма сидела на полу в ворохе юбок, уложив планшет на колени (не подумал он о мебели, да), и, коротко вскидывая и опуская глаза, рисовала его резкими торопливыми движениями. Почти не глядя хватала плывущие в волнах юбки разноцветные рыбки-мелки, штриховала, отбрасывала, хватала… Взгляд — как у прицеливающегося стрелка, нижняя губа закушена, на щеках румянец…

Он хотел сказать, чтобы она не спешила: он здесь и никуда не торопится, да что там — гнать будет, не уйдет, — но то, как Эмма его назвала… «Сын сумерек».

Видимо, она заметила, как он напрягся, потому что бросила:

— Кстати, можешь разговаривать. Мне это не мешает.

А ему поможет. Потому что своими словами она поразила его не только в сердце, но и несколько ниже, всколыхнув неожиданную волну желания. Он слегка переменил позу, прислонился пылающим лбом к холодному стеклу.