Ход колдуньи

Появился он аккурат ко дню, когда собственность лаерна должна была отойти короне. Это все, что запомнила, про того, чье имя мелькало в новостных колонках газет, которые я ради любопытства просматривала через линзу. Интересно, а ему тоже прислали письмо? Или мне радоваться в одиночку?

С удовольствием смяв договор, я забросила его в камин. Саламандра опасливо покосилась на бумагу. А та развернулась и легла на угли, будто в насмешку демонстрируя мне текст.

Не стоит издеваться над бытовыми магами, даже очень усталыми, особенно теми, у кого морозный ветерок игриво шевелит занавески на приоткрытом окне, работая вместо бодрящей микстуры!

Я вытащила из кармана, скрытого в корсаже платья, набор инструментов для изучения артефактов.

Или набор домушника, как, морщась, его называл отец. Вынула тонкий стальной крючок, шагнула к камину, подцепила треклятую несгораемую бумажку.

Раздался мелодичный перезвон дверного колокольчика. Но тут же оборвался на трагическом звяке и закончился грохотом, словно кто-то распахнул дверь плашмя вместе с охранными чарами и замком.

— Что вы творите?! — тут же раздался возмущенный вопль домоправительницы. — По какому праву вы рушите наш дом?!

— По праву мужа, — отрезал ледяным тоном смутно знакомый мужской голос.

— Чьего?

— Явно не вашего.

Под возмущенный вопль госпожи Бевис дверь мастерской открылась. Громко стукнула о стену, криво повисла на петлях.

Я замерла от удивления, глядя на гостя. Русые волосы, стянутые в хвост, васильковые глаза, гибкая фигура, закутанная в плащ.

— Змей?

Представление команд я пропустила. Потому что меня еще не доволокли до стадиона. Поэтому имени теневика не знала. Погодите… Он, что, и есть тот внезапно обнаружившийся наследник?

— Заметаешь следы? —предположил Змей, оказавшийся лаерном Стейном Боргом, глядя на бумажку на крючке.

— Провожу опыт, — грозные взгляды и зверский тон на меня лет с пятнадцати перестали действовать.

— Уничтожить не удастся, ты перестаралась с защитой. — Теневик оказался рядом, навис угрожающе: — И как? Нравлюсь?

— Не особо.

Но быть твоей женой мне не нравится больше. — А еще мне не нравилось задирать голову, поэтому я обогнула супруга — тени побери шутника! — подошла к столу, сдвинула несчастные артефакты и положила бумагу и крючок.

Теневик повернулся следом. Пола пальто и штанина оказалась в непозволительной близости от камина. А у саламандры после неудачного поедания брачного договора случилось отвратительное настроение.

Остановить ее можно было одним способом.