Проклятие древних. Любовь некроманта

Сонья и сама улыбнулась ему, не в силах противостоять обаянию мужчины.

— А ты куда собрался? — недовольно спросил Марат у друга.

— Никуда, — радостно заверил его артефактор. — Мне просто нужно переговорить с лестой Соньей. Поручить ей, так сказать, ответственное задание.

— Ну, поручай, — хмыкнул Марат и отвернулся к остальному отряду.

Лест Марк тем временем подцепил княжну под локоток и отвёл её чуть дальше. А точнее, за одну из палаток. Ещё и выглянул из-за неё, чтобы убедиться, что никто не подглядывает за ними.

— А теперь поговорим серьёзно, — сказал артефактор и снял со своей шеи шнурок, на котором висел фиолетовый кварц. — У меня к вам будет большая просьба.

— Какая именно? — полюбопытствовала княжна, залюбовавшись минералом.

— Вы должны носить этот артефакт не снимая, — пояснил лест Марк и вложил его травнице в ладонь. — Он будет напитываться вашими магическими потоками, так что не пугайтесь.

— Зачем он мне? — Сонья погладила гладкий бок камешка, замечая сложное переплетение магических линий.

— Не вам, а Марату. Если вдруг, не приведи боги, ему придётся применить некоторые свои способности, по окончании нужно будет надеть на него этот артефакт.

— Какие именно?

— Мы называем их туманными заклинаниями. Марат может формировать из магии хаоса оружие. Со стороны это смотрится так, будто из его рук начинает течь чёрный туман, которому потом придают нужную форму. Просто после их использования Марату понадобится некоторая поддержка, способная помочь… справиться с последствиями.

— Так почему бы вам сразу не отдать ему этот артефакт? — теперь Сонья с ещё большим любопытством и некоторой опаской смотрела на кварц.

— Это так не работает, — с досадой ответил артефактор. — Камень должен напитаться так называемой светлой магией.

— А светлая — это… вся магия, кроме хаоса? — предположила Сонья.

— Да, именно так! Вы поможете?

— Конечно.

В подтверждение своих слов, она надела артефакт на шею, спрятав кристалл под сорочку.

— Благодарю вас! — Артефактор охватил её руки своими ладонями и легонько сжал. — Вы не представляете, как обяжете меня.

Сонья впервые обратила внимание, что кожа на его руках вся в небольших шрамах — и от былых ожогов, и от царапин, и от порезов.