Проклятие древних. Любовь некроманта

Из восьмидесяти семи человек, проживавших в Крушановке, в живых остались девять взрослых, не считая Соньи, и шестеро детей.

— Может, и ещё кто-то цел остался, — предположил Дар. — Но те, кто работал на огородах, был на улице и не успел спрятаться…

— И что же нам теперь делать? — всхлипнула Милика.

Княжна осмотрела собравшихся в доме старосты. Нар Викор, нара Леника, Дар, Милика, кузнец Нарат со своей женой Илией и дочерью Сарной, молодая вдова Арика, охотник Варет. Хмуро на всех смотрящий тринадцатилетний Алек и прижимающаяся к нему семилетняя Рада, девятилетний Мирах, одиннадцатилетний Ватэм, восьмилетняя Фиара, держащая на руках своего полугодовалого брата Ворига.

Сердце защемило от жалости, но на слёзы и переживания времени не было.

— Мой отец не оставит вас без помощи, — заверила она и подошла к Фиаре. — Вы сможете переехать…

— Нет уж, слишком я стар, чтобы переезжать, — перебил её нар Викор. — Детей заберите и пристройте в хорошие семьи.

— Не поеду, — зло сказал Алек и упрямо выпятил подбородок.

— Никуда не поеду из своего дома!

Малышка Рада мгновенно разревелась, вцепившись в Алека, словно клещ. Другие дети тоже зашмыгали носами, а Вориг и вовсе приготовился присоединить свой голос к Раде. Сонья быстро взяла его на руки и принялась укачивать, нашептывая что-то успокаивающее. Малыш успокоился на удивление быстро и, широко раскрыв глаза, принялся рассматривать красивую незнакомку.

— Никто никуда не поедет, — подал голос кузнец и погладил широкой, словно лопата, рукой ближайшего к себе мальчишку по голове.

— Детей я пока к себе заберу. Для начала нужно их родню найти, а потом уж думать, что дальше делать. А пока нужно до темноты похоронить… то, что осталось. Нельзя зверьё хищное привлекать. Хорошо, что ветер так и не поднялся, а то уже давно набежали бы.

— Нужно… — Сонья захлебнулась воздухом от волнения, но, справившись с собой, продолжила: — Нужно их не хоронить, а спалить.

— Но как же так?! — возмутилась нара Леника и посмотрела на своего мужа в поисках поддержки.

— Мама, леста Сонья права.

— Дар ступил вперёд, прикрыв собой травницу. — Зверьё всё равно почует кровь. Думаю, тебе не понравится слушать, как они грызутся за куски мяса.

— Дядя! — воскликнула Милика и, побледнев, прикрыла рот руками, сдерживая тошноту.

— Прости, но лучше сразу сказать так, чтобы вы поняли всю серьёзность ситуации. У нас нет времени для споров, уже вечереет.

На этот раз никто из женщин перечить не стал. Дети тем более не лезли во взрослые разговоры.