Мелодия из семи нот

Но вместо Создателя она увидела встревоженные лица Алистера и Дункана.

— Самое страшное позади, — оптимистично прохрипела она, поднимаясь на ноги с помощью Алистера. Он в ответ лишь улыбнулся. Тогда она не поняла смысла этой улыбки. Сейчас знала, что самое страшное было впереди.

В ту ночь она не спала. До самого рассвета сидела у огня, думая о том, что зря не осталась в башне Круга. Вряд ли Ордену нужна такая трусливая девчонка. Ей казалось, что вот-вот ее страх увидят все, и Дункан подойдет и скажет, что брать ее в рекруты было огромной ошибкой, и ей следует вернуться в башню, предстать перед судом за помощь магу крови.

Если бы она знала, что ее ждет, то подумала бы лишний раз перед принятием решения. После того, что она увидела и почувствовала, перспектива быть усмиренной, лишенной всех эмоций и чувств, уже не так сильно ее пугала.

Даже воспоминания о тех часах отзывались тяжелой тянущей болью.

«Вот чем обернулась твоя свобода от стен башни. Этого ты хотела? Так ты представляла себе жизнь Серого Стража? А это еще цветочки.

Ты же еще сражалась только с маленькими группками. А что будет, когда ты окажешься в настоящем бою?» —Внутренний голос не переставал задавать вопросы, ответы на которые Изабо не знала и даже не пыталась искать — боялась, что только сильнее убедится в том, что совершенно не готова к тому, чтобы стать частью легендарного ордена.

— Ты в порядке? — снова повторил вопрос Алистер, накидывая ей на плечи плащ и садясь рядом.

Изабо лишь покачала головой. Что она могла сказать? Что во рту до сих пор остался такой стойкий привкус того пойла, и поэтому ей хочется взять нож и скоблить язык до тех пор, пока он не исчезнет? Что она боится закрыть глаза, потому что знает, что увидит или бледнеющее лицо Давета, бьющегося в судорогах, или Джори в луже крови? Что она панически боится не погибнуть в бою, а струсить и сбежать обратно, в башню под защиту храмовников и старших магов?

Изабо отвернулась от него, делая вид, что пристально вглядывается во мрак ночи, который вот-вот должен был начать рассеиваться — лагерь уже оживал, значит, скоро начнет светать.

Если бы не Алистер, сидевший рядом, то она поднялась бы сейчас на ноги и. пока все спят, осторожно проскользнула бы мимо караула и покинула лагерь. Ушла бы куда угодно, куда глаза глядят. Она смогла бы найти путь обратно, в башню Круга... Но он сидел, протянув руки к огню и, казалось, не собирался уходить. И вряд ли он не заметит, если она вдруг поднимется и направится в сторону границ лагеря.